Шок-школа

 – Про породу она, конечно, сказала, чтобы выделить из общего ряда Геру Дельвига…

– И прочие члены родительского комитета с этим предложением согласились?

– А как же мы могли не согласиться? – искренне удивилась фрау Вагнер. – Мы же в родком пришли работать вместе на благо класса, находить общие решения, а не спорить с нашим председателем с самого начала!

– О, я прекрасно понимаю ваши мотивы, – холодно молвила Натка. – Не понимаю только, зачем вы это мне сейчас рассказываете? Общим решением вы зачислили моего сына в категорию «на вылет» и не ошиблись – Арсений действительно покинул Шоко-школу.

Вы сейчас передо мной извиняетесь, что ли? Или грех замаливаете?

– Какой грех? – не поняла фрау Вагнер. – Что вашего сына в третью категорию определили? Так, милая, как же могло быть иначе – ребенок из неполной семьи, мама простая машинистка где-то в газете…

– Я сотрудник редакционно-издательского центра, опытный специалист по верстке!

– Это вы в резюме своем пишите, мы-то понимаем, кто чего стоит на самом деле, – отмахнулась Марина.

 – Ну в самом деле, что вы как маленькая? Скажите еще – «я человек хороший», как будто в нашем случе это имеет какое-то значение!

– Да я уже поняла, что не имеет.

– Вот и правильно! Впредь будете думать, как подкрепить свои позиции. А то пролезли в элитную школу каким-то чудом и полагали, что жизнь и дальше будет складываться волшебным образом. Ан нет, всегда найдется какая-нибудь Алена Дельвиг, которая поставит вас на место.

– Марина, простите, я еще раз прямо спрошу: вы мне зачем это говорите? Просто учите меня жизни? Вы, кстати, готовы повторить все это в суде?

– Ни в коем случае! – фрау Вагнер замахала руками, едва не перевернув чашку. – Я хочу, чтобы вы поняли: в ваших неприятностях с Шоко-школой виновата в первую очередь Алена Дельвиг. Если бы не она…

– Если бы не она… – повторила Натка, прозревая. – Вернее, если она не будет председателем родительского комитета, то это место сможете занять вы, так?

– Ну как же ее задвинут, если вы не выступите на суде, – возразила Натка.

 – Моих-то слов будет недостаточно. Да и что я скажу? Кто-то, не могу назвать имя, поведал мне это?

– А вы представите документ, – Марина открыла сумку и достала прозрачный файл с бумагой в нем. – Держите. Это, конечно, не оригинал, он у Алены, нам она копии раздала.

– Протокол заседания родительского комитета первого класса «А», – прочитала Натка с листа.