Шок-школа

Нужна ему эта их иллюстрированная энциклопедия яхт… Он ведь даже не за себя – за Додырчика своего любимого страшно обидится!

– Придется морально подготовить ребенка…

– Это само собой, – Натка побарабанила пальцами по столу. – Тут еще другой вопрос: что эта стерва имела в виду, когда сказала, что Арсений Кузнецов не жилец? Снова гнусный намек на его нездоровье? Так мы же прошли все обследования и результаты отнесли в Шоко-школу…

– По-моему, речь о другом.

Я вспомнила тот разговор учителя и директора, который совершенно случайно подслушала в школьном коридоре, и вкратце пересказала его сестре.

– Ты знаешь, в тот момент я ничего не поняла, какой-то бред, поток сознания – перегруз, плюс три, минус два, одного без гарантии, сажайте-сливайте… А вот сейчас я думаю – это ведь очень осмысленная беседа была. Для тех, кто в курсе, конечно.

– А для тех, кто в танке? Можешь суть сформулировать? – и, явно предвидя, что суть эта ей не понравится, Натка заранее сузила глаза и выпятила подбородок.

– По-моему, Сеньку хотят отчислить, чтобы освободить место для нового ученика.

– Так… Так. Я этого так не оставлю, – сестра встала, сунула мобильник в карман и вздернула на плечо сумку.

– Стой! – Я полезла за заранее приготовленной бумажкой. – Вот, возьми, если ты так боевито настроена, тебе это может пригодиться.

– Что это? – Натка развернула записку. – Лев Александрович Бехтеревич, мобильный… Кто это?

– Помнишь, я тебе звонила с вопросом про учителя, которого уволили из вашей школы?

– А, про пьяницу-драчуна? – Натка бочком присела на стул.

– Вовсе не факт, что он пьяница и драчун, характеристики с предыдущего места работы и из домкома у него прекрасные, больше похоже, что его попытались выпереть из школы.

– У дядьки наверняка имеется зуб на администрацию Шоко-школы, и он должен знать местную кухню. Правда, я не уверена, что он станет выступать против руководства, тем более что по решению суда его восстановили в должности…

– Но осадочек-то наверняка остался, – Натка снова поднялась и бережно спрятала в сумку бумажку с телефоном Льва Александровича.

– Какой совет? – я проводила стремительно лавирующую между столиками сестрицу недоумевающим взглядом. – Я разве что-то посоветовала?

Как судья, я всегда должна быть над схваткой, но не в гуще ее…

– Ваша лазанья! Приятного аппетита.

Официантка поставила передо мной тарелку, и та разом заняла почти весь столик и все мои мысли.

Сигналил дверной звонок, а не будильник.