Шок-школа

Я включила запись и приложила аппарат к уху.

– Симонов, Бродский, Мойдодыр, – уверенно произнес незнакомый женский голос. – Точнее, Мойдодыр, Симонов, Бродский – это если оценивать исключительно исполнение. Но вы же понимаете…

– Симонов – точно нет, – возразил другой голос, тоже женский.

– Алена Дельвиг, председательша нашего родкома, – скривилась Натка, которой тоже было что-то слышно – я не убавила громкость, а она стояла на максимуме. – Первой завуч была, Вилена Леонидовна.

– Симонов, мальчик в солдатской форме – это слишком банально, – поддакнул кто-то третий.

– Библиотекарша! – прокомментировала Натка.

– Семьдесят пятая годовщина ВОВ, таких мальчиков на конкурсе каждый второй, мы это уже видим по другим классам. В параллели седьмых в солдатской форме вышли трое! Если мы хотим выиграть город, нужно что-то пооригинальнее.

– Ну и «Жди меня» в таком унылом исполнении звучит как монолог ребенка, забытого на продленке, – съязвила Алена Дельвиг.

Послышался дружный смех.

– Это жюри нашего конкурса чтецов, – пояснила сестра.

– Тогда – Чуковский или Бродский, – сказала завуч. – И, чтобы упростить нам выбор, напомню, что Бродского читает Альбина Треф, а Чуковского – кто?

– Арсений Кузнецов, – подсказала председатель родительского комитета первого «А».

– Итак, та самая Альбина Треф или какой-то Арсений Кузнецов, – с нажимом повторила завуч.

«Какой-то»? Я почувствовала, что выражение моего лица становится таким же хищным и недобрым, как у Натки.

– Но девочка очень бледно выглядела, – вступил в разговор кто-то еще.

– Не знаю, кто это, но дай ей бог здоровья, доброй женщине, – произнесла Натка в ответ на мой вопросительный взгляд.

– Ой, просто грим неудачный, – сказала завуч. – Зато какие декорации… Ни у кого ведь больше не было декораций, вы заметили? Это сразу показывает уровень.

– Побойтесь бога, какой уровень? – удивилась неизвестная добрая женщина. – Самодеятельность на уровне ДК инвалидов.

– Ну, так и текст про слепоту, – хихикнула острячка Дельвиг.

– А мальчик просто прелестен, такая непосредственность и притом выразительность! Браво, браво! – Сенькина защитница хлопнула в ладоши. – Хоть сейчас на профессиональную сцену…

– Какое браво? Какая выразительность? Скилзы ребенка сейчас вообще неважны, – заспорила строгая бизнес-завуч. – Вы, видимо, что-то не уловили. Мальчик из аутсайдеров, я вообще не понимаю, как он к нам попал.