Скажи миру – «нет!»

Троих схватили живыми, и мы даже не пытались отбить их у освобожденных пленных.

Бой окончился уже около часа назад. А кричать эти трое перестали всего как минут десять.

Но были еще живы пять девчонок. Из одиннадцати… Сергей постарался, как мог. Четыре из них сейчас кучкой сидели возле вала. Одна держала на коленях голову подружки – та вся была в крови и не приходила в сознание.

Пятая не отходила от Басса. Игорь Басаргин стоял возле нее, положив руку на палаш, и лицо его, пересеченное тонким шрамом – памятью о февральской схватке на морском берегу, – оставалось напряженным и вызывающим, словно бой еще не кончился.

Ясно… Север между тем затянул узелок, и я оценил его работу:

– Ты у меня не первый и не последний, – хладнокровно отрезал он, переходя дальше. Я рывком опустил штанину и встал.

Подошли Тезис и Франсуа.

– Они, – француз хотел ткнуть рукой за плечо, но скривился – у него было распорото предплечье, – решили остаться тут. По-моему, бог с ними.

– А что делать с девчонками? – Я кивнул в сторону сбившихся в кучку «местных». Подошедший Светан хмуро, но решительно сказал:

– Пусть остаются. Мы их не тронем. И так уже… – Он не договорил, но все было ясно.

Мне стало совершенно все равно, я отошел в сторону. Тот мальчишка, который был ранен в живот, лежал на боку. Его не позаботились добить, видно было, как ужасно и долго он мучился перед смертью. А вот тех, которые висели на «валу», кто-то стащил сюда, вниз – они лежали плечом к плечу, стрелы вынули, оружие забрали, сапоги и штаны с обоих тоже стащили.

…Бандитского гнезда Нори Пирелли по прозвищу Мясник больше не существовало.

…– Это Ингрид. Ингрид Сеген. – Игорь подтолкнул ко мне девчонку. – Она пойдет с нами, князь.

Наташка Крючкова отыскала меня за изучением карты, дополненной Тезисом. Я сперва даже не поднял головы, решив, что она явилась как посланец Ленки Власенковой с жалобами на нехватку походных продуктов, поэтому со вздохом попросил:

– Не потом, Олег, – возразила она, и я поднял голову в легком удивлении.

– В чем дело, Нат? – Я поднялся, убрал карту. В лице Наташки что-то дрогнуло, и я по-настоящему забеспокоился: – Нат?..

– Я ухожу, Олег.