Скажи миру – «нет!»

И довольно жестко заметил:

– «Дома» живут другие ребята. Старше нас. Ты уже школу окончил. А я в выпускном классе.

– Все это я знаю, – так же жестко ответил Вадим. – Но и ты знаешь, что я имею в виду, так зачем же вертишься?

– Да. Реже вспоминаем. – Я вытянул руки над головой. – И меня это не очень огорчает.

– Да, – непонятно сказал Вадим, – ты сильно изменился, князь… Я тебе отдыхать помешал, кажется?

– Ладно. – Я сел. – Хватит. Не тыркай меня.

Настроение испортилось. Я подтащил к себе снаряжение, достал метательный нож и с силой послал его в дерево, стоявшее в десятке метров, – нож вошел в ствол на уровне человеческого горла с коротким сырым стуком.

А я вскочил и начал одеваться. Куртку кинул на одно плечо, туфли, связанные шнурками, – на другое. И запрыгал вниз.

Около сугроба я оглянулся. Вадим по-прежнему сидел на краю глыбы и на меня не смотрел, но я крикнул ему снова, только уже совсем зло:

И, тихо чертыхаясь, проломился сквозь кусты, как советский танк через фашистские заграждения…

…Танюшка меня нашла на берегу лесного озерка, где я хмуро сидел, уперев палаш между широко расставленных ног.

Она даже не попыталась завести разговор, просто аккуратно подстелила куртку и села рядом. Аккуратно, как подстилала куртку, начала ножом подрезать ногти на руках. Тщательно, отставляя ладонь и любуясь после каждого движения ножом.

Потом она положила мне на колено мой метательный нож. Со словами:

– Еле вытащила, – и вдруг – зло: – Все кончится этим ударом клинка.

Ты понимаешь это?!

Я сунул нож в чехол и молча, долгим взглядом посмотрел в глаза Таньке. Глаза у нее были бешеные, сумасшедшие глаза. Тогда я просто положил руку ей на щеку, и Танюшка, вздрогнув, привалилась к ней, как к стене. Жалобно сказала:

– Это просто зима, Олег… Это зима из нас выходит. Тяжелая была зима…

– А до нее была тяжелая осень. И лето было тяжелое, и весна… и зима, и осень, да и лето нелегкое, – не выдержав, язвительно уточнил я.

– Ладно тебе, – попросила Танюшка, и я, обняв ее, привалил к себе.

Спросил:

– Хочешь увидеть Большой Каньон? Как в «Золоте Маккены»?

– Хочу, – ответила Таня.

– А камчатскую Долину Гейзеров?

– И ее… – Таня засмеялась: – Ты все памятники природы хочешь перебрать? Не старайся. С тобой мне даже Сахару хочется посмотреть. Или Восточную Сибирь.

– А что плохого в Восточной Сибири? – не понял я.

– Эх ты! – Она щелкнула меня по лбу. Больно, аж звон в ушах послышался.