Скажи миру – «нет!»

Казалось, внутрь с разных концов вошли сразу несколько человек. Я остановился, и звук шагов, ударившись о стены, смолк.

– Послушай меня, – сказал я, вскинув голову, и звук моего голоса тоже родил эхо, будто вместе со мной призывали слушать их другие люди. – Послушай меня, – упрямо повторил я, словно невидимый собеседник хотел меня перебить. – Если ты есть, я хочу, чтобы ты дал мне ответ: ради чего?! Если на то в самом деле твоя воля, объясни мне ее смысл, и я, может быть, соглашусь и дальше идти этим путем, но уже осознанно служа тебе! Я не бойцовый пес, которого бросают в драку, ничего не объясняя! – Я скрипнул зубами и, помолчав несколько секунд, продолжал: – Но ты молчишь? Молчишь… Значит, и здесь я не получу ответа, кому и зачем все это нужно… Что ж, прости.

Пусть те, кто верит в тебя, обретают силу в этой вере. Я же буду продолжать верить в мой палаш.

Повернувшись, я вышел из церкви, больше не обращая внимания на грохочущие раскаты шагов.

– Вы остаетесь здесь.

– Олег… – начала Вильма, но я добавил в голос металла:

– Здесь.

Будете ждать нас у «Большого секрета». Это все.

Танюшка молчала, опираясь на поставленную концом в камень корду. Она не смотрела в мою сторону, хотя все остальные девчонки обступили меня и пытались убедить, что без них война – не война.

Ее поведение как раз меня и беспокоило…

…Танюшка посмотрела на меня только когда я подошел к ней вплотную, уже снарядившись для похода.

– Держи, – сказал я, надевая на ее руку свои часы. – Будь уверена – я за ними вернусь, ведь это – дедов подарок.

Она точно хотела сказать что-то злое. Стопроцентно, я же знал ее. Но то, что я сделал, ее обезоружило, и она, без слов обхватив меня за шею, уткнулась лицом в мои волосы. Так мы и окаменели… Меня никто не окликал, и мне стоило чудовищного усилия (вытащить из тела засевшую толлу было бы легче) оторваться от Танюшки.

– Я вернусь, – сказал я и заставил себя отпустить ее руку. – Обязательно вернусь, Тань. Ты жди.

– До Куры отсюда километров сто пятьдесят.

 – Колька указал вытянутой рукой на белоголовые горные пики. – Смотри, там еще зима. А вон там, видишь, сигнальный дым. – В самом деле вдали тянулась к небу тонкая струйка черного цвета. – Это где-то в районе Боржоми.

– Там есть минеральная вода? – поинтересовался я.

– Есть… Но мы туда не попадем, нам ближе. Хотя тропинки в наших местах еще те.

– Я это вижу, – кивнул я, скользнув взглядом по медленно ползущей неподалеку цепочке наших ребят.