Она задумалась, и он решил, что его ждет импровизированная прочувствованная речь – рассуждения о правах ребенка и о том, что его детство должно было быть лучше, как будто он сам этого не знает. Дьявол застыл, готовясь, но речи не дождался. Вместо нее Фелисити сказала только:
– Такого быть не должно.
Господь свидетель, это правда.
Затем она встала, и его взгляд упал на вышивку.
– Боже милостивый. Это что, лиса пытается загрызть курицу?
Фелисити бросила пяльцы на скамью.
– Я сильно злилась.
– Вижу.
Она шагнула к нему.
– Значит, вы со Зверем были маленькими и учились драться?
– Мы были маленькими и уже умели драться, – поправил ее он. – Мы несколько недель дрались на улицах за объедки, а потом нас обнаружил человек, который держал бойцовский ринг. – Он помолчал. – Мы втроем им завладели. А потом завладели Ковент-Гарденом.
– Втроем?
– Зверь, Далия и я.
– Далия дралась?
Дьявол ухмыльнулся, вспомнив Грейс в ее грязном платье, а потом пару первых красивых, блестящих ботинок, купленных на ее выигрыши.
– Она дралась свирепее, чем все мы, вместе взятые. Выиграла достаточно денег, чтобы начать свой собственный бизнес, задолго до того, как мы начали наш. По сравнению с ней мы были младенцами. Далия… вот кто настоящий Бесперчаточник.
Фелисити улыбнулась.
– Она мне нравится.
Он кивнул.
– И вы не одиноки.
– Но ведь сейчас вы не деретесь на кулаках, – сказала девушка, опустив взгляд на его руку без перчатки, сжимающую трость-клинок.
Ее собственная рука дернулась, и она вдруг подумала, можно ли к нему прикоснуться.
А он подумал, позволит ли он ей.
Конечно, позволит."
"Он дважды стукнул тростью по носку сапога.
– Нет. Когда ты научился использовать сталь, обратно к кулакам уже не возвращаешься. Ты делаешь то, что можешь, лишь бы спасти свою жизнь. Брата и сестру. Свою команду. А клинок куда могущественнее, чем кулак.
– Но вы все равно деретесь.
Фелисити все еще смотрела на костяшки его пальцев, и он с каждой секундой чувствовал себя все более не в своей тарелке. Дьявол согнул и разогнул пальцы. Откашлялся.
– Только когда это необходимо. Это Зверь у нас любит представления.
Она глянула ему в глаза.
– А той ночью вы дрались?
Он покачал головой.
– К тому времени, как мы туда добрались, товар уже исчез.
– Но вы бы дрались.
