Словно в раю

Хотя в них есть этот фиолетовый оттенок, который придаёт им столь необычный вид. Таких глаз, как у неё, нет ни у кого. Даже у Дэниела они не точно такие же. Его глаза темнее. Не намного темнее, но Маркус мог их различить.

Онория ни за что не согласилась бы с ним. В детстве она часто говорила, что у них с братом одинаковые глаза. Маркус всегда думал, что она искала знак особой связи между ними двумя.

Она просто хотела быть частью происходящего. Вот и всё. Неудивительно, что она так стремится выйти замуж и вырваться из их тихого и пустого дома.

Онория не должна быть одна. Никогда.

Она сейчас в комнате? В спальне было тихо. Маркус снова попытался открыть глаза. Безуспешно.

Он перевернулся на бок. Как хорошо освободиться от этих проклятых пут. Он всегда любил спать на боку.

Кто-то тронул его за плечо и укрыл одеялом. Маркус попытался издать благодарственный звук, и, очевидно, у него получилось, поскольку он услышал, как Онория спрашивает:

Он снова издал тот же звук. Похоже, на большее он был не способен.

– Ну, может, немного проснулся, – сказала она. – Это лучше, чем ничего.

– Мы ждём доктора, – сообщила Онория. – Я надеялась, что к этому времени он уже приедет.

Она помолчала немного и добавила бодрым голосом:

– Твоей ноге стало лучше. Или так говорит моя мать. Честно говоря, как по мне, она выглядит ужасно. Но не так страшно, как сегодня утром.

– Она в своей комнате. Я имею в виду мою маму. Она говорит, ей нужно оправиться от духоты. Здесь так жарко. Мы немного открыли окна.

– Я сама люблю спать в прохладе под тёплым одеялом, – продолжила она. – Хотя тебе, думаю, неинтересно.

– Маме сейчас все время жарко. Меня это сводит с ума. То ей жарко, то холодно, и снова жарко. Клянусь, что нет никакой закономерности или причины для этого. Но ей чаще делается жарко, чем холодно. Если ты захочешь сделать ей подарок, советую подарить веер.

Онория снова прикоснулась к плечу Маркуса, затем легонько убрала волосы с его лба. Приятно. Нежно и заботливо, что было ему столь непривычно. Почти так же, как когда она приехала и заставила его пить чай.

Маркус вздохнул. Для него этот вздох прозвучал как счастливый. Он надеялся, что она правильно его поймёт.

– Ты долго спал, – проговорила Онория. – Мне кажется, температура упала. Не полностью, но ты выглядишь спокойным.