— Ты чего? — я удивленно посмотрела на румяную женщину, — времени еще мало. Ужин еще только готовится…
— Иди, иди, — кивнула Альма, — ты нас утром выручила.
— Да что там выручила…Спасла!!!
— Теперь наша очередь.
— Да ладно, вам, — я засмущалась.
— Ничего не ладно. Мы все утро, как две квашни по лавкам растекались, а ты вкалывала за нас. Теперь наша очередь.
— Но…
— Иди!
Они так усердно меня выпроваживали, что я сдалась. Руки помыла, передник сняла и через черный выход выскользнула на улицу.
Правда не понятно зачем. Уж лучше работать, чем без дела из угла в угол слоняться, но возвращаться уже было поздно. Я поплелась домой, неторопливо пиная перед собой маленький камешек.
— С дороги! — проревел голос над самым ухом.
Я испуганно отпрянула в сторону, прижавшись к невысокому забору, а мимо меня с грохотом промчались двое воинов. Сердце тревожно екнуло.
У них в руках я успела рассмотреть деревянные палки, обтянутые брезентом. На носилки похоже…
Я проводила их взглядом, а потом вместо того, чтобы отправиться домой, пошла следом, а затем и вовсе побежала, не чувствуя под собой ног.
Сердце забилось еще сильнее, когда из-за домов на окраине лагеря донеслись голоса и крики. Что-то случилось. Я нырнула в один проулок, во второй, в третий и наконец вывернула на небольшой двор. Обычно здесь куры гуляли, да гуси плескались в неглубоком корыте, но сейчас их не было.
Вместо домашней живности — целый взвод раненых, разной тяжести.
Кто-то еще мог стоять, опираясь на подоспевших товарищей, кто-то лежал на земле, кого-то грузили на носилки. Там была кровь. Много крови, и черная слизь, разъедавшая плоть не хуже кислоты.
Я остановилась, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Прижала руки ко рту, ловя испуганный крик.
Потерпевших поспешно отводили — уносили в сторону лазарета, а в это время Хельм в боевом обличии, заносил новых. Тащил на себе молодых ребят, которые еще недавно смеялись, сидя за столами в столовой, а теперь едва живые безвольно болтались в его руках.
Джинн увидел меня сразу. Словно почувствовал, где я стою. Впился жестким взглядом, и на секунду все вокруг исчезло. Только он и я.
— Иди к себе, — приказал громко, тем временем передавая очередного раненого в руки подоспевших помощников.
Я только головой покачала.
Не могу. Не уйду. Здесь общая беда, нельзя в стороне отсиживаться.
