Она выглядела спокойной, умиротворенной и, казалось, будто она просто задремала и во сне легко улыбается своим красивым грезам.
Я прижал ее к себе крепко-крепко, не желая отпускать. Зажмурился. Воздуха вокруг не осталось. Каждый вдох будто раскаленные осколки стекла, обломки прошлой жизни.
-Киара, — прохрипел, прижимаясь губами к холодному лбу, а в ответ неизменная тишина.
Над нами начали собираться тяжелые тучи, где-то в отдалении послышались первые раскаты грома, а порывистый ветер зло прижал к воде камыши.
Лифар на берегу протяжно заревел.
— Я не могу ее отпустить. Не могу, — шептал я как заведенный, — надо вытащить ее на берег. Надо…
Вода не отпускала. Я делал шаг вперед, она оттаскивала меня на два назад. Я пытался плыть, но греб на месте.
Черный дракон на берегу бесновался, но в воду не лез, топчась возле самой кромки.
Водный поток бил по ногам, вклинивался между нами, отталкивал меня от девушки-драконида.
— Не отдам, — взревел я раненым зверем и снова ринулся к берегу.
Но чем больше я сопротивлялся, тем настойчивее неведомые силы вырывали ее из моих рук.
— Нет, — заорал я, когда почувствовал, как она выскальзывает, — не надо.
Попробовал снова ухватить ее за руку и не смог. Пальцы скользили по холодной коже. Киара медленно опускалась на дно
Я начал нырять, пытаясь найти ее во взбаламученной воде, шарил руками, ползал по дну, пока хватало дыхания, но ее нигде не было.
… Лазурное озеро забрало обратно свое дитя.
С неба упали первые тяжелые капли, а я все метался из стороны в сторону, что-то кричал, бил руками по воде, требуя, чтобы мне ее вернули, но водная гладь в ответ хмуро пенилась, а потом настойчивый поток из глубины сжал холодными тисками мое тело и вышвырнул на берег.
Обессиленный, лишившийся надежды и воли к жизни я растянулся на траве. Закрыл лицо руками и хрипел как раненый зверь.
— Это все из-за меня! Все из-за меня.
Лифар подошел ближе, шумно втягивая воздух узкими ноздрями, толкнул меня носов в бок.
— Уходи.
Возвращайся к барьеру.
Он снова меня толкнул, заворчал, будто пытаясь утешить.
— Отстань от меня.
Мне хотелось только одного. Остаться в одиночестве и сдохнуть, как я того заслужил.
Дракон не отставал. Пихал меня, пытаясь поднять на ноги, сердито рычал, а мне было все равно. Я все растратил, мне больше нечего было беречь и не за что сражаться. Я больше ничего не хочу."
"Дождь тем временем разошелся во всю и хлестал по земле, зло прибивая траву.
