Надо парней хорошенько разогнать, а то обленились в мое отсутствие.
— Можно, я останусь здесь. Посмотрю, как вы тренируетесь? Мешать не буду, — торопливо добавила, заметив, как он поднял брови.
— Тебе интересно смотреть, как мужики мечами машут?
Мне интересно смотреть на тебя…
— Очень.
— Ну что ж оставайся, раз так хочешь, — он подмигнул и, перехватив поудобнее оружие, вернулся к остальным.
Я забралась на жердочку, уселась поудобнее и стала наблюдать, с каждой секундой все больше и больше восхищаясь их мастерством.
Они тренировались вплоть до самых сумерек и под конец были похожи на разбойников с большой дороги — чумазые, потные, запыхавшиеся. Лаир испарился первым, следом за ним отправились Бука и Али, а мы с Хельмом уходили последними. Неторопливо брели в сторону дома, рассказывая друг другу о том, что делали днем, смеялись, и я в очередной раз поймала себя на мысли, что в лагере мне нравится гораздо больше, чем в родной деревне.
На крыльце он остановился, я тоже замерла, с улыбкой глядя по сторонам:
— Может, пройдемся еще немного?
Хельм покачал головой:
— Нет, Киара, уже темно.
Иди домой, — кивком указал на дверь.
— А ты? — у меня предательски дрогнуло внутри.
— А у меня еще дела, — ответил он. И мне показалось, что я слышу в его голосе ложь, — не жди. Ложись спать.
— А…но…хорошо, — меня затопило острое разочарование.
— Давай, — улыбнулся он, — беги.
— Спокойной ночи, Хельм, — неуверенно произнесла я, уже переступая порог дома."
"— Спокойной ночи, Киара.
Дверь тихо прикрылась, отсекая меня от хозяина.
Я осталась одна в сумраке общего коридора, наедине со своей растерянностью.
Как же так? Куда он собрался на ночь глядя?
Дежурить, наверное… Лагерь нуждается в охране сутки напролет, чтобы ни одна тварь внутрь не пробралась.
Ступеньки тихо поскрипывали у меня под ногами, и в такт этому скрипу в животе пульсировал неприятный, колючий комок, сотканный из противоречий, разочарования и тревоги. В комнате было непривычно тихо, неуютно и одиноко.
— Глупости, — проворчала себе под нос и отправилась умываться, а через пять минут уже забралась в кровать.
Сон, как назло, не шел. Я лежала и прислушивалась к звукам, доносящимся с улицы, и сердце каждый раз вздрагивало, когда казалось, что слышу чьи-то шаги на крыльце.
Я его ждала. Вопреки здравому смыслу, ждала и переживала, изводила себя мыслями, где он сейчас, чем занимается, все ли в порядке. И даже когда все-таки удалось заснуть, мои сны были тревожными и чуткими.
