Жуть, но я сама попросила такую книгу. Раз моя жизнь теперь проходила рядом с Барьером, неплохо бы узнать, что за обитатели притаились возле него. Сомневаюсь, конечно, что окажись я за защитным куполом в окружении монстров, начну их рассматривать и определять, кто к какому виду относится, но для общего развития все равно не помешает.
Я листала страницы и приходила в ужас от одних картинок, а ведь где-то там, в ночной тьме защитники лагеря прямо сейчас несут дозор, защищают Дестину, да и всю Туарию. Страшно, аж до дрожи.
Черный дракон урчал как большой сытый кот, вытягивал лапы, поднимал крылья, а потом и вовсе завалился на бок, подставляя серое пузо под жесткую щетку, которой Хельм чистил ему бока.
Я не знала куда смотреть, то ли на дракона, от вида которого дух захватывало, то ли на обнаженного по пояс мужчину, от которого захватывало все остальное. Аж во рту пересохло, когда видела, как под смуглой кожей тугие мышцы перекатываются. Жадно ловила его движения: плавные, без суеты, уверенные, сильные, и была готова урчать не хуже дракона.
— Нравится, морда зубастая? — засмеялся джинн, проведя по гребню вдоль шеи, — еще как нравится.
Лифар заурчал еще громче, блаженно прикрыв глаза и выпуская клубы светлого дыма, а на его морде появилось выражение глубочайшего удовлетворения. Ну точно котяра! У нас в деревне рыжий был — как начнешь за ухом чесать, так замурлычет, затарахтит и лапами тут же месить начинает.
— Хочешь попробовать? — с улыбкой на губах поинтересовался джинн.
Я подобрала слюни, с трудом справилась с блаженной комой и покачала головой:
— Не думаю, что он мне такую фамильярность позволит.
Лифар приоткрыл один глаз и грозно заворчал. Прозвучало это, как «заканчивай болтать, несчастная, и займись делом. Видишь, дракон нечесаный лежит».
— Думаю, он не против. Иди сюда.
Я пролезла под жердью и подошла ближе к хозяину. Он дал мне грубую щетку— дерюжку, которой запросто мясо до костей можно снять:
— Вот здесь давай, — взял меня за руку и положил ее на шею дракону.
Я чуть не задохнулась. Кожа от его беспечного прикосновения почти запылала. Хотелось отдернуть руку и вообще не отойти от него подальше, но я продолжала стоять, куцыми нервными движениями елозя по шее дракона. Хельм, как назло, остался рядом. Так близко, что я чувствовала его дыхание на своей макушке.
— Не бойся, жми сильнее. Вот так, — снова перехватил мое запястье, и надавил, широким жестом проводя по чешуе, — у него шкура такая, что захочешь — не пробьешь.
