Смех Циклопа

– Слушайте, Исидор, вам не хочется взглянуть на BQT?

Он улыбается, читая комикс, и не глядя отвечает:

– Начав учебу в GLH, я все больше понимаю, что юмор – странная штука, мощная и непознанная, разрушительную силу которой я еще не до конца осознаю.

Она заставляет его опустить комикс и посмотреть на нее.

– Поцелуйте меня, Исидор!

Тогда она сама целует его в губы. Они остаются крепко сжатыми.

– Завтра один из нас умрет, – напоминает она трагическим тоном.

– Может случиться и такое.

– Прекратите от всего отмахиваться! Сегодня последний вечер, когда «это» может произойти.

Она добилась его внимания. Она пододвигается совсем близко, от его губ ее отделяют считаные сантиметры. Он чувствует сладостный запах ее кожи.

– Чтобы просить мужчину о любви, женщина должна перешагнуть через свою гордость. Я вам не подхожу, Исидор?

– Вы, наверное, самая очаровательная женщина из всех, кто мне встречался. Без сомнения, многие мужчины мечтали бы оказаться на моем месте.

– Тогда не отталкивайте меня, прошу! – шепчет она.

И медленно приближает губы к его губам. Он не шарахается. До двух розовых подушечек пять сантиметров, три, два. Он не шевелится. Она продолжает сближение. Сантиметр, полсантиметра, четверть. Он неподвижен.

Теперь он изволит приоткрыть рот. Поцелуй обретает силу, страсть, протяженность. Наконец он отодвигается.

– То есть как? – удивляется она. – Вы не хотите продолжения?

Он снова берет свой комикс и напускает на себя чинный вид.

– Пока остановимся на этом. Шутка прервется, не перейдя в пике.

Она колеблется, потом хватает книгу Вуди Аллена и со всей силы швыряет ему в лицо.

– Я никогда не притворялся кем-то еще. До завтра, Лукреция. Пусть победит сильнейший!

– Я вас раздавлю, Исидор. Вы всего-навсего…

Она подыскивает правильное слово и увязает в вариантах оскорбления.

И она выстреливает снарядом, объединяющим все сразу:

– Вы всего-навсего… мужчина.

«Пьяная женщина бродит в кустах, отхлебывая из горла виски.

– Пьяница! – говорит ей крокодил.

Она кряхтит, отхлебывает еще и идет дальше.

– Пьяница! – повторяет крокодил.

– Будешь обзываться – поймаю и выверну наизнанку, как перчатку, – грозит она ему.

Видя, что она не перестает пить, крокодил в третий раз говорит:

Она хватает его за рыло.

– Я тебя предупреждала!

Она просовывает руку далеко ему в пасть, добирается изнутри до хвоста, дергает, выворачивает наизнанку, швыряет в воду и, довольная, идет дальше. Сзади раздается:

Лукреция Немрод уснула.