Он улыбнулся, обнажив белые зубы.
— Мне тоже хорошо. Хочешь что-нибудь поесть?
— Потом. Сначала я одержу над тобой победу.
— Вот как? В таком случае тебе не следует так ходить королевой. Иначе я ее возьму. Будь внимательнее.
Он и в самом деле мог взять ее королеву, но она этого не боялась: она поставила сзади две ладьи и теперь только ждала возможности ходить ими.
Александр начал атаку. Не думая о последствиях, он взял ее последнего коня.
— Нет, ты так неосторожна, Сесилия, ты устала.
— Шах, — сказала она и передвинула ладью.
Он онемел.
— Что за чертовщина… — только и мог сказать он. Теперь ему оставалось одно: спасать короля. Сесилия снова взялась за ладью, обдумывая на ходу, как нанести ему последний, смертельный удар, но потом вдруг заколебалась. Ей не хотелось побеждать Александра. Поэтому она сделала совершенно невинный ход пешкой.
— Сесилия! Не надо никого щадить, и меня в том числе. Я не прощу тебе, если ты дашь мне выиграть из милости.
— Это не милость, Александр. Это женская стратегия! Но как хочешь.
Могу я сделать повторный ход?
— Ты должна его сделать, — убежденно произнес он. — Даже пятилетний ребенок не сделает такого идиотского хода, как перестановка пешки, когда есть возможность разбить меня в пух и прах. В три хода!
Она послушно поставила пешку на место. И тогда вперед пошла вторая ладья.
— Шах, — спокойно сказала она.
Александр долго думал, очень долго. А Сесилия тем временем изучала его красивые руки и вышивку на халате. «Пламя свечей укорачивается», — рассеянно думала она.
Положение Александра было критическим, но он не думал сдаваться. И тут он нашел выход. Крайне рискованный выход.
— О! — воскликнула Сесилия. — Ты такой изобретательный, Александр!
— Не смейся, — сказал он, явно гордясь собой, ведь этот ход давал ему не только передышку, но и возможность опять занять атакующее положение. И теперь уже не имело значения, что он потерял много важных фигур.
Настала очередь Сесилии обдумывать свое положение, прежде чем продолжать массированную атаку.
Она оказалась в тупике. Чтобы выиграть время, она сделала ход пешкой.
Это была ошибка, сделанная из опасения, что она заставит его слишком долго ждать. Этот ошибочный ход подверг опасности одну из ее любимых ладей. Она тут же бросилась на помощь, и ей удалось ее спасти.
Через полчаса у обоих на доске осталось лишь несколько фигур, их было так мало, что Сесилия посмотрела на Александра и сказала:
— Нет, эта затянувшаяся партия уже надоела мне.
