– Понятно. Денис тебе жизнь упростить не стремится, – констатирует очевидное Надежда Борисовна. – Ну что с него взять… мужики – они такие. Сама о себе не подумаешь – никто не подумает.
Она постукивает пальцами по столу, глядя на меня. Как будто решает в этот момент, что со мной дальше делать.
– Ладно. Сопли подбираем и теперь все мысли только о ребёнке и себе. Идёт? – спрашивает она, и я согласно киваю:
– Идёт."
"Когда Денис привозит вещи, я понимаю, что впала в некое состояние ступора. Облегчение, которое испытала, стоило Надежде Борисовне заверить меня, что никакой угрозы нет, сменилось странным ощущением, будто я погрузилась под воду, но могу под ней дышать, жить, говорить.
Просто мысли все, словно в тумане, и окружающая действительность будто бы расплывчатая.
– Кисуль… всё в порядке? – опять задаёт свой «коронный» вопрос Дэн.
– Ага. Всё отлично.
Муж выдыхает, а я начинаю разбирать вещи. Вроде бы всё на месте. Что просила – привёз. Отвлекаюсь на своё занятие, пока Денис переминается с ноги на ногу рядом со мной.
– Мне очень совестно за то, что всё так случилось, – признаётся Денис, но я его обрываю.
– Не нужно. Ничего не произошло. Ребёнок жив, как ты уже знаешь. И прежде, чем ты уедешь, хочу кое-что сказать.
Повернувшись к Дэну, ловлю его настороженный взгляд. Муж смотрит так, как будто ждёт удара, что вкупе с его синяками выглядит довольно забавно.
– Я не знаю, сколько времени здесь проведу. Минимум неделю. Пока нахожусь в клинике, не приезжай, пожалуйста.
Если что-то понадобится, я найду способ себя этим обеспечить. И не звони мне. Я буду раз в день делать это сама и рассказывать, как мы с ребёнком.
– Насть…
Подняв руку, даю понять, чтобы он дал мне договорить.
– Это во-первых. Во-вторых, ты волен делать всё, что захочешь. Нужно будет разобраться со своим прошлым – ради бога. Меня в курс дела вводить не нужно. Возникнет необходимость снова подраться со Стасом, Колей или Мишей – дерись. Алиса будет взывать к тебе для того, чтобы ты её спас – беги и спасай, если считаешь нужным.
В общем, я освобождаю тебя ото всех обязательств, которых требовала раньше. Пусть это будет платой за мой покой и жизнь моего ребёнка, раз уж по-другому ты не можешь.
Отвернувшись, снова сосредотачиваю внимание на вещах. Возможно, чувство, словно погрузилась под толщу воды, неправильное, но мне в нём весьма комфортно. Стены палаты – это мой маленький мирок на ближайшие несколько дней.
