Согрей моё сердце

В любое время, что бы ни случилось, как бы ни сложились ваши взаимоотношения. Ты всегда можешь прийти ко мне.

– Ты будто со мной прощаешься, – всхлипнув, отстраняюсь. – Не хочу я такую свадьбу.

– Прости, эмоций слишком много. А твоей мамы нет, – усмехается мужчина и целует в лоб. – Я говорю тебе это сейчас, чтобы ты понимала: Наша семья, наш дом никуда не денутся. И ты всё ещё Леонова! Тебя всегда будут ждать и примут.

– Я тоже тебя люблю, пап, – размазываю слёзы по щекам и перевожу взгляд на стоящего в проёме второго отца.

Папа Даниэль не так эмоционален, хоть и не может в полной мере сдержать сущность. Он смотрит на нас змеиными глазами с вытянутым зрачком. И сжимает зубы до желваков. Очень старается сдержаться от оборота. Интересно, а на свадьбе у Алии он плакал?

Родитель номер один отходит в сторону и меня обнимает второй. Сжимает до хруста рёбер и целует в висок. Я думала, у меня в семье только женщины – плаксиво-эмоциональные гуманоиды. А оказывается, и мужчин постигла такая участь.

– Вам бы поспешить, мы как раз влетаем в туманность Орла.

Для рурков это почти благословение звёзд – обручиться в этой звёздной туманности, – влезает в наши обнимашки папа Стей. Окидывает горделивым взглядом и, подмигнув, уходит.

Мы, наконец, тоже перемещаемся. Я иду по узкому коридору рука об руку с родителями. Чувствую их поддержку всеми фибрами души. А ещё чувствую нетерпение, исходящее со стороны смотровой. Меня словно невидимая нить тянет туда, устремляет. Неосознанно убыстряюсь, папы усмехаются и цокают.

Но не останавливают. Просто знают: их дочь невозможно остановить. Нужно просто страховать.

В первую очередь в глаза бросается газовое облако, состоящее из мириад ярких разноцветных звёзд. Наш белоснежный адмиральский крейсер влетает в это облако Орла. Есть легенда, что рурки появились в этой туманности. Мама же сравнивала нашу расу с ирлингами из её земных легенд.

Перевожу взгляд с красивой картинки за окном на Арткура. Он стоит весь в чёрном. Улыбаюсь. Не изменяет своим традициям.

Рядом с безопасником в песочно-бежевом костюме стоит Антарес. С другой стороны, возле небольшого постамента, в белом костюме-тройке – Процион. В тёмно-изумрудном – Орион.

– Где Алькор? – шепчу, не хочу его обделять! И меня вроде как заверили, что ахернарец прилетит. Мы поэтому оттягивали свадебную церемонию.

Замечаю в светло-голубом костюме моего жениха. Он стоит возле папы Стейбека и очень строго что-то ему выговаривает. Выглядит немного комично.