На секунду замираю, боясь выдать свои эмоции от физического контакта с ним, но… ничего не происходит. Даже ради эксперимент как бы невзначай провожу локтем по его руке, а потом прикладываю ладонь козырьком ко лбу, потому что Сергей стоит против солнца.
Ничего.
Ноль эмоций.
Абсолютное отсутствие реакций тела.
А раньше у меня волосы на руках становились дыбом от одного его голоса.
— Сергей, что тебе на самом деле от меня нужно? — задаю вопрос в лоб. Он их ой как не любит, потому что любит сам заставать собеседника врасплох.
— Только я тебя умоляю, давай без вот этих глупостей насчет того, что ты просто хочешь быть дружелюбным с женой твоего друга.
— А это не достаточный повод?
Еще бы он не попытался ответить вопросом на вопрос — я была бы очень удивлена.
— Почему же, очень достаточный, но, согласись, твоя попытка шантажировать меня идиотскими домыслами, не очень вписывается в канву «хорошего приятеля».
Сергей прищелкивает языком, а потом совершенно по-идиотски грозит мне пальцем, типа, хвалит за проницательность.
На самом деле выглядит еще более наигранно, чем его показушная интеллигентность и могучий интеллект.
— Хорошо, значит, карты на стол, Валерия Ван дер Виндт.
На секунду мне кажется, что он назовет меня моим настоящим именем.
— Мы с тобой… как бы это помягче выразиться… Люди не из этого круга.
— Две дворняжки, которых пустили за порог, но не за хозяйский стол, — предлагаю свой вариант.
— Довольно грубо.
— Просто озвучила истинное положение вещей.
— И мне очень это нравится, — дополняет Наратов, чуть-чуть, почти незаметно, наклоняясь к моему лицу.
— В этом мире больших денег и важных задниц, которые даже не умеют ими наслаждаться, говорящие правду-матку люди просто на вес золота.
Так и хочется спросить, почему же он сам не относится к их числу, но во-первых, у меня нет никакого желания затягивать этот скучный диалог, а во-вторых — мне действительно нужно быть в офисе через десять минут. Поэтому просто молча жду, когда Сергей «родит» причину. Само собой, правду он даже сейчас не скажет — уж что-что, а осторожничать он умеет, и никогда не зайдет на территорию, как следует ее не разведав.
Но чтобы это узнать, ему придется забросить наживку-полуправду, оценить реакцию и решать — насколько безопасно будет двигаться дальше.
— Я просто пытаюсь сказать, что нам нужно держаться вместе, — вымучивает Сергей.
— У меня дежавю, — кривлюсь от ударившего в лицо солнечного света, потому что Наратов специально отклоняется в сторону.
