Моя любимая погода, чтобы гулять пешком, жаль, что такие развлечения придется отложить минимум до конца беременности, чтобы не нарываться на риск соплей, гриппа или чего-то похуже.
Печень здесь действительно отличная, но гораздо вкуснее хрустящие снаружи и мягкие внутри кругляши баклажанов, которые я уминаю буквально как не в себя и сразу прошу принести еще одну порцию. В жизни не думала, что буду так радоваться простому человеческому аппетиту. И тому чудесному факту, что мой желудок, наконец, не стремится тут же вернуть содержимое обратно в тарелку.
Сегодня я даже на удивление крепко сплю.
Жаль, что только ту часть ночи, которую заканчивает назойливый телефонный звонок.
Не включаю свет, беру телефон с тумбы, сразу перевожу на громкую связь и снова роняю голову на полушку.
Адвокат.
Прошло около десяти часов — вполне достаточно, чтобы отловить Андрюшу и даже запихнуть его в самолет. Но верится с трудом.
— Валерия Дмитриевна, Андрей Юрьевич… была авария… они зачем-то пытались скрыться от полиции…
В моей голове начинает играть похоронный марш, но почему-то под издевательский аккомпанемент детской свистульки.
— Врачи ничего не смогли сделать.
— Андрей умер? — уточняю на всякий случай, потому что мало ли что — вдруг врачи не смогли спасти только какую-то конечность, а не всю тушку целиком.
— Дддда, — заикается адвокат. — Примите мои соболезнования.
— Ага. — Быстро прикидываю, как мне теперь разгребать это дерьмо, и понимаю, что хочу по максимуму свести на нет свое участие в этом процессе.
Какого черта? Я богатая женщина, у меня сложная беременность, в моем положении совершенно нормально делегировать такие специальным службам. — Я пришлю вам номер телефона своей помощницы — решайте все вопросы с ней. Она абсолютно компетентна действовать от моего имени.
— Я… понял. — Но по голосу слышно, что это и близко не так. — Будет много формальностей с перевозкой тела и они тут хотят сделать экспертизу, потому что есть ее погибшие. Можно попытаться выдвинуть обвинение…
— Мы не будем выдвигать никаких обвинений, — обрубаю его попытку намекнуть на месть, которую мы можем устроить тайским правохранительным органам или кто там пытался вернуть Андрея в застенок.
— Сделайте все как можно быстрее. Если ради этого нужно отказаться от всех обвинений — отказывайтесь. Вендетты не будет. Ни в каком виде. Забудьте об этом, Виктор. Просто верните Андрея домой.
Закончив с адвокатом, перезваниваю помощнице.
