Это одна из тех вещей, которые Данте во мне выдрессировал до автоматизма. С ним, правда, это никогда не работало.
— Валерия, у вас такое лицо, как будто я сделал вам в высшей степени непристойное предложение, — улыбается Новак, но взгляд его остается холодным и цепким.
— Именно так это и прозвучало, — не собираюсь подыгрывать его беззаботности. Почему он так себя ведет — понять не трудно. А вот если я начну изображать человека, который такие вещи слышит каждый день за завтраком — это точно его насторожит.
— Вы же каким-то образом раздобыли информацию о том, что наратов играет у меня за спиной.
Хотя обычно у меня нюх на такие вещи, но в этот раз чутье меня подвело. Поэтому я больше не хочу рисковать и предпочитаю довериться профессионалу.
— Я просто умею слушать и анализировать.
— Валерия, ради бога. — Новак впервые раздражается, и я делаю мысленную заметку, что в общении с ним нужно немного снизить градус «я умная дура». Или даже переквалифицироваться в «умную с придурью». — Талант это или связи, или деньги — называйте как угодно.
Если хотите — меня в принципе не очень интересуют ваши источники. Главное — результат. Я не хочу в один не самый приятный день узнать, что благодаря стараниям Наратова, от моей репутации не осталось ничего.
Я молчу, потому что сказать на этот «душещипательный монолог» мне нечего. Его репутация и так говорит сама за себя, и Новак точно в курсе того, что шепчут ему в спину, но он хочет сохранить красивое нарядное рыло перед «своими», а вот тут как раз манипуляции Сергея могут сильно ему нагадить.
— Просто нейтрализуйте этого мерзавца, Валерия Дмитриевна. Подключите ваши связи и возможности, узнайте, чем он промышляет, где бывает и как успел наследить. Выройте для него «волчью яму», из которой он не сможет выбраться. Меня не интересуют средства, которые вы при этом используете. Я даже больше скажу — меня в принципе не интересует степень глубины этой ямы и то, сможет ли Наратов из нее выбраться.
Мы снова обмениваемся короткими понимающими взглядами.
— Но…? — В таких «заказах» всегда есть «но».
— Вы делаете это исключительно по собственной инициативе. Как и чем бы не обернулось дело — мое имя прозвучать не должно. Я хочу избавить свою семью от этого куска говна, но не ценой отношений с Илоной.
— Николай Александрович, можно вопрос?
Он, подумав, согласно кивает.
— Илона любит Сергея. Нравится он вам или нет, но она от него без ума и если с ним что-то случится — это причинит ей сильную боль.
Новак хмыкает, берет паузу.
