Солнце и луна

Но ведь ты водила к себе мужчин, а они потом болтали о том, как славно провели с тобой время!

– Они приходили, чтобы побеседовать. Мужчинам свойственно привирать насчет своих побед.

– Их болтовня была тебе только на руку, верно? Так ты и прослыла свободомыслящей? – Хью потер лоб. – Я отказываюсь понимать! Если тебе хотелось иметь подпорченную репутацию, почему было не подпортить ее на самом деле? Какой смысл считаться распутницей, если не быть ею?

– Мне было не по душе заниматься тем, что портит репутацию.

Возможно, будь я влюблена…

– Ну да, конечно. Любовь! – Он криво усмехнулся. – Знаете, почему Амур до сих пор не поразил вас своей стрелой, миледи? Потому что колчан его давно пуст! В ожидании истинной любви можно остаться старой девой.

– Именно это и пришло мне в голову.

– Страсти Господни! Так вот оно что! Я понадобился, чтобы избавить тебя от надоевшей девственности.

– Не совсем так. Это не был холодный расчет.

– Правда? – процедил Хью.

– Я этого хотела! – Филиппа, наконец, подняла на него взгляд.

 – Да, хотела, именно с тобой! Ведь и ты хотел меня… не потому, что я для тебя что-то значу, а просто… просто из животной страсти. – Она помолчала, но он не сказал ни слова. – И это хорошо! – продолжала девушка поспешно. – Это просто здорово, потому что… потому что чувства только все усложняют, а мне нужно всего лишь познать… – она закуталась в плащ, как в кокон, – познать жизнь, набраться опыта. Разве ты сам не говорил этого?

– Но не таким же образом!

– А чем плохо? Это будут самые простые и удобные для нас отношения, чисто физического плана.

– Значит, это все же холодный расчет?

– Будь я настолько расчетлива, я давно уже избавилась бы от «надоевшей девственности»! Я же сказала, что захотела этого именно с тобой! – В голове Филиппы мелькнуло: «Осторожнее! Не проговорись о том, что много ночей изнываешь от страсти к нему. Не забывай, что для него это недорого стоит». – Словом, я не хочу никаких обязательств, и тебе это тоже ни к чему.

Как только мы добудем нужные сведения, мы навсегда разойдемся. Все к лучшему.

– Да уж, – подтвердил Хью с горькой усмешкой. – Все, что угодно, только не болтовня про соловья и розу.

– Значит, ты согласен?

– Не хочу, чтобы меня потом возненавидели, – объяснил Хью, вставая и отряхиваясь.

– Да за что, скажи на милость? – Филиппа не слишком грациозно поднялась. – Мне ничуть не хочется остаться старой девой.