Солнце и луна

Пока Филиппа за ужином флиртовала с хозяином дома, он рисовал ее себе в одной сорочке, призывно смотрящей на него, а не на Олдоса, хотя и знал, что зря тешит себя такими фантазиями. Прошлой ночью, после бешеной скачки верхом, он уснул с решимостью выбросить Филиппу из головы, а проснулся с болью неудовлетворенного желания в паху и проклял себя за то, что не взял ее, как она того хотела. По крайней мере, исцелился бы! А что теперь? После всего, что случилось ночью, он все так же во власти этой девушки, как и прежде! Он начинал подозревать, что теряет голову, потому что думал о ней как о самой удивительной женщине из всех, кого знал.

Всю свою жизнь Хью свято верил, что любовь и даже сильное увлечение – гибель для независимого мужчины. Привязавшись к женщине, он будет подобен стреноженному жеребцу! До сих пор ему удавалось держать чувства в крепкой узде, при этом, не отказывая себе в радостях плоти. Он никогда не ложился в постель с женщиной, которая была ему неприятна, многие из подружек по-настоящему нравились Хью, но не более того.

Со двора раздались стук подков и иноземная речь. Взгляды Филиппы и Хью настороженно встретились, оба они вскочили и перегнулись через перила. В ворота въезжали двое верхом на мулах, за ними следовало несколько тяжело навьюченных лошадей. Один из вновь прибывших, в старомодной одежде, костлявый, наполовину седой, был обвешан дорожными сумками. Его спутник, смуглый брюнет, выглядел куда крепче на вид, но одет был так же скромно.

– Один из итальянских диалектов, – сказал он Филиппе. – Точнее не скажу.

Ответом был удивленный взгляд. Ну конечно, она и не подозревала, что он способен усвоить иноземный язык! Как же ему удавалось объясняться со своими командирами в разных странах?

По лестнице торопливо простучали каблучки. Это была Глэдис.

– Хозяин, хозяин! К вам джентльмен из… ах, простите! Не скажете ли, где хозяин?

– Он куда-то отлучился сразу после ужина, – сказал Хью.

– Вот незадача! Прибыл Орландо Сторци, которого он так ждал.

– Ах, Орландо Сторци! – воскликнула Филиппа, хотя Хью это имя ничего не сказало. – Нельзя заставлять его ждать. Пойди и пригласи гостей в дом, Глэдис, а мы поищем Олдоса. Да, и пусть кто-нибудь поставит на конюшню их лошадей.

Служанка убежала, а Хью решил потребовать у Филиппы объяснений, но она заговорила первая, не дожидаясь вопросов.