Соловей

Когда кубики картофеля зарумянились, а лук карамелизовался, она посолила и поперчила рыбу и положила ее на сковородку с краю. Соблазнительные ароматы заполнили дом, и Софи тут же примчалась на запах, притормозив там, где раньше стоял кофейный столик.

– Рыба… – почти благоговейно выдохнула она.

Вианна ложкой раздвинула овощи и переместила рыбину в центр сковороды. Поджаристая кожица зашипела, капельки масла на ней запузырились. В самом конце Вианна выложила в сковороду несколько ломтиков консервированных лимонов, и ароматный сок пропитал блюдо.

– Ступай скажи капитану Беку, что ужин готов.

– Он будет есть с нами? Тетя Изабель не смолчала бы. Перед отъездом она строго-настрого наказала мне не смотреть ему в глаза и не оставаться с ним в одной комнате.

Вианна вздохнула. Призрак сестрицы тут как тут.

– Он принес нам рыбу, Софи, и он живет здесь.

– Да, мама, я знаю. Но…

– Иди позови капитана ужинать. Изабель уехала, а вместе с ней уехали и ее чрезвычайные советы. Все, хватит, ступай.

Вианна вытащила тяжелое керамическое блюдо, выложила на него жареную рыбу, вокруг – овощи и консервированные лимоны, присыпала рубленой петрушкой. Терпкий лимонный соус, в котором плавали хрустящие прижаренные ломтики, облагородило бы сливочное масло, но и без того пахло божественно. Она внесла блюдо в гостиную, где Софи с капитаном Беком уже сидели за столом.

Он – на месте Антуана.

Бек тут же подскочил, отодвинул для нее стул и принял блюдо из рук.

– Выглядит сильно привлекательно, – искренне похвалил он.

Вианна заняла свое место за столом. Не успела и рта открыть, как Бек уже наливал ей вино.

– Прекрасное «Монраше» тридцать седьмого года, – сообщил он.

Вианна знала, что по этому поводу сказала бы Изабель.

Бек сидел напротив, Софи – по левую руку от нее. Девчушка болтала о школьных делах. В паузе Бек вставил что-то насчет рыбалки, и Софи расхохоталась. Как же Вианне сейчас недоставало Изабель, ее отсутствие ощущалось столь же болезненно, как прежде – присутствие.

Вианне почудилось, что эти слова только что прозвучали на всю комнату. И как раз в этом сестра была права. Вианна не забудет ни злополучный список, ни уволенных коллег, ни Бека, сидящего в своем кабинете с горами съестного под ногами и портретом фюрера над столом.

– …И после этого моя жена разочаровалась в моем умении обращаться с сетями, – с улыбкой рассказывал он.

Софи весело смеялась.