Сопки Маньчжурии

– Поздравляю, Василий Федорович, – с оттенком уважения сказал подполковник Соколов, – вы только что удостоились подтверждения своих слов и похвалы от самого Всемогущего Творца – а это, как любит повторять Сергей Сергеевич, стоит дорогого. И вообще это сигнал о том, что Бог-Отец внимательно наблюдает сейчас за этим местом, поскольку именно здесь и сейчас завязывается очередной узел местной истории, которую Он хотел бы изменить к лучшему…

Едва подполковник закончил говорить, гром повторился.

Я видела, что многие были шокированы этим заявлением, им было крайне неуютно под неусыпным взглядом всесильного Божества, который смотрит на них с небес. Другие же, наоборот, оказались весьма воодушевлены этим заявлением, ведь война, которую они сейчас ведут, как бы приобрела священный сакральный смысл. Ведь сам их Бог внимательно смотрит на них с небес…

Но больше всех был смущен и обескуражен человек в голубой шинели.

– Но как же такое может быть, господа? – спросил он, опуская оружие, которое до того смотрело в мою сторону. – Я ничего не понимаю…

– Пути Господни неисповедимы, подполковник, – умиротворяюще сказал генерал Кондратенко, – я сам был во владениях Артанского князя вместе с Василием Федоровичем, и могу сказать, что из-за спешности нашего визита в стиле «галопом по Европам» мы не увидели даже десятой, а может быть, и сотой части того, что следовало бы посмотреть.

А сейчас, прошу вас, оставьте наше общество и отправляйтесь к себе в жандармское управление. У вас свои дела – жандармские, а нам воевать надо.

– И, кстати, – сказал генерал, которого все называли «Василием Федоровичем», – не забудьте захватить с собой труп человека, который прямо накануне вашего прихода покушался на генерала Кондратенко и при исполнении этого злодейского замысла был застрелен насмерть офицером связи артанской армии.

Хотя бы попытайтесь выяснить, кто это таков и кто приказал ему стрелять в начальника сухопутной обороны Порт-Артура.

Ровно в одиннадцать вечера, выйдя на огневые рубежи, батареи четырехфунтовых орудий артанской армии открыли беглый огонь триалинитовыми фугасаными гранатами по осадным траншеям японцев, их командным и наблюдательным пунктам, батареям и позициям станковых пулеметов.