Спасти своего врага

Но ему нравилось! Да! Нравилось! Рядом с этой человеческой девой, такой маленькой и хрупкой, он ощущал себя большим и сильным.

Альв широко зевнул, прикрыв рот ладонью. Приятные мысли, в отличие от тревожных, — дело совсем другое. Они будто снотворное зелье — расслабляют тело и заволакивают туманом разум, и ты сам не замечаешь, как над тобой смыкается купол темноты.

Засыпая, Альв думал о руках Хель, разминающих его бедра у самой промежности.

— Поднимайся! Скорее! Ну!

Его трясли за плечо.

Растерянный и сонный, он разлепил веки и увидел над собой бледный овал лица, окутанный мраком.

Заметив, что Альв проснулся, кирнари швырнула ему на грудь какие-то тряпки.

Он ничего не понимал, но подчинился.

Оказалось, что Хель принесла ему черные штаны из суконной ткани и просторную рубаху такого же цвета взамен испорченной. В отличие от его старой одежды, эта была закрытой, добротной, и он с удовольствием облачился в нее. Наконец-то нормальный мужской костюм, а не шлюший наряд!

Из-за резкого пробуждения голова у Альва была тяжелой, а движения заторможенными.

— Поторапливайся! — зашипела на него Хель.

Пока пленник одевался, она ходила по комнате, щелкая суставами пальцев.

Застегивая пуговицы рубашки, Альв посмотрел в окно, где в клубах тумана мерцала надкусанная луна, и спросил:

— Что случилось? Почему ты разбудила меня среди ночи?

— Раб подчиняется, а не задает вопросы, — ответила Хель непривычно грубо.

Решив молчать, он выскользнул за ней в коридор.

Хель вела себя странно. Не зажигала свет, двигалась осторожно, стараясь создавать как можно меньше шума. Подойдя к повороту, она замирала за углом и прислушивалась к ночной тишине. Шла не по центру коридора, а жалась к стенам и жестами велела Альву следовать ее примеру. Он ничего не понимал. Его все больше мучили вопросы.

Куда они направляются? Почему в столь поздний час? Что заставляет хозяйку замка красться по своему дому, подобно преступнице?

На боку Хель он заметил большую кожаную сумку, в которую она вцепилась, как в величайшее сокровище.

— Стой! Патруль, — заслышав шаги, кирнари утянула его в темный закуток под лестницей, где они прятались, пока мимо громыхала вооруженная стража.

Сердце Альва колотилось, как ненормальное. Не от страха — от возбуждения и надежды. Что-то происходило. Что-то очень важное. То, что касалось лично его.