– Ты вот эту колбасу не ешь – на ужин оставь…
Отзвонив, Петрушин уточнил:
– Кстати, что там с рисунком?
– Ты знаешь, как-то не догадался спросить: оценил он наши художества или нет.
– Да ладно глумиться, я тебя о деле спрашиваю!
– Ну не понял я, заметил он или нет. Не прыгал он, как гамадрил, руками не махал, буйную радость по поводу обнаружения вражьих знаков не выражал. Короче, если даже и увидел, то явным образом это никак не выказывал.
– Понятно… Как сидится?
– Нормально. С какой целью интересуешься?
– Звонить можешь?
– А сам?
– СМС.
Пальцы большие, пока натыкаю – полгода пройдет.
– Ладно. Кому?
– Валере.
– Содержание?
– «По Бакунинской. Смотрите на забор».
– Жень, мы же определились по порядку связи. Жми Валерин номер, жми цифру три – и все.
– А если Иванов не догадается?
– Думаю, догадается. Но если на Валерином номере уже сидят, такая СМС выдает нас с головой.
– Ладно, – Петрушин недовольно поморщился, но спорить не стал и быстренько скинул Ростовскому номер маршрута.
«Цифра три» – это Бакунинская улица.
Если ехать с Ярославского по 2-му Бакунинскому, Иванова, по логике, удобнее высаживать либо на другой обочине, либо вообще со стороны парка. А если по Бакунинской улице, то как раз на том месте, где Вася развлекался художественными изысками.
12.13…
Прибыли наши. Валера молодец, не подкачал – высадил Иванова где надо. Ему и разворачиваться не пришлось: сразу же свернул во 2-й Бакунинский и скрылся из глаз.
– Наши.
– А что-то уж совсем ползли. Почти на пятнадцать минут за лимит вылезли, – проворчал Петрушин.
– Валера уехал?
– Да.
– Как Петрович?
– Петрович… Ты знаешь, пока – никак…
Вид у Иванова – как у примерного семьянина, проигравшего по пьяни все фамильные ценности. Плечи безвольно опущены, руки сунул под мышки, смотрит в пол, зябко ежится, будто замерз (а жарко – мы, вон, все упрели), взгляд потухший. Стоит на месте, никуда не идет, только покачивается с пятки на носок… Да, про взгляд я приврал – полковник стоит боком, выражения глаз не рассмотреть.
Но я давно и хорошо знаю этого человека, могу легко домыслить, какую гамму чувств выражает сейчас его взгляд.
Однако самое главное сейчас вовсе не его настроение: общаться с супостатами и блистать интеллектом ему все равно не придется – мы не дадим.
Но вот тот факт, что встал он неправильно, может загубить на корню всю боевую задачу…
– В смысле – «никак»?!
– До сектора не дошел.
– Вот епп… На забор смотрел?
– Никуда он не смотрел. Весь в себе.
