Спорим, будешь моей

Наматываю аппетит. С нетерпением жду «тренировку». Моментами сомневаюсь, что Лиза придет. Но все же какое-то внутреннее чутье подсказывает, что она будет там.

И оно не обманывает.

Как и вчера, издали вижу ее. Замедляю шаг, когда, напротив, подмывает со всех ног нестись. Рассматриваю, пока не замечает. Штаны у нее, конечно, как шаровары принцессы Жасмин. И то, это если мягко, не приплетая казаков.

Но, блядь… Возбуждает воображение. Когда движется, все формы выделяются. Задница у нее – отпад. Прям, как я люблю.

Вчера убедился физически, пока сзади прижимался. Полночи потом снилось.

Сука, как же хочется скорее раздеть…

– Что ты тут делаешь? – нападает Дикарка, едва заметив меня.

Натягивая карманы спортивок, так, что пояс съезжает, сжимаю вложенные в них ладони в кулаки. Веду неопределенно плечами и усмехаюсь.

– Ты же ждала, чтобы я пришел, – обличаю, играя бровями.

В глаза ей смотрю и четко вижу, как растет ее волнение. Синхронно с этим возбуждаюсь.

– А вот и… да, – на последнем слове голос садится до хрипа.

– Да, Дикарка, – повторяю, не скрывая своих реакций. – Ждала.

В сердце будто допмотор всадили, тащит в бешеном ритме. Все показатели взлетают. Член тоже на подъем идет. Ему точно лежать не прикажешь. Мимоходом даже жалею, что надел свободные штаны. Рано маячить стояком. Тем более рядом дети.

– Привет, – бросаю ребятне, выкручивая в их сторону лишь голову.

– Привет, – почти одновременно отзываются они.

Сегодня уже не выглядят такими зашуганными.

– Хорошо, – так же синхронно.

Их, блин, кто-то школит?

– Отлично, – заключаю и иду к Лизе. По ее виду сходу определяю, она почти готова дать деру. Останавливаюсь, сохраняя небольшое расстояние только для того, чтобы не активировать режим погони. – Когда ты уже перестанешь бегать? – выдаю незапланированно. – Что плохого я делаю?

От моих вопросов Богданова теряется. Не сразу соображает, как ответить.

– Хотя бы то, что нарушаешь мое личное пространство, – находится с претензией.

– Личное пространство? – выпячивая губы, кривлю рожу и киваю.

– А если… – понижая голос, смотрю прицельно в глаза Дикарке. – Если я хочу, чтобы твое личное пространство стало моим, что с этим делать?

Она охает, как всегда, громко, шокированно и возмущенно.

Сука, только за эти охи ее хочу.

– Мне откуда знать?! Справляйся, – звучит сейчас, как училка. – Овладей собой. Неужели непонятно?

– Понятно, почему непонятно, – тяну чересчур ровным тоном. Закусывая уголок губы, склоняю голову набок.