Спорим, будешь моей

– Не говори мне! – едва удается выдавить.

Чарушин приглушенно смеется.

– Ты сейчас, как Бойка. Все-таки есть у вас что-то общее.

– В жесткой стадии отрицания, моя малышка, – выдает так ласково, что меня снова дрожью пробивает. Оказывается, жижа способна пульсировать и трепыхаться. – Э-э… Кхм… Кхм… М-м-м… Лиза, я тебя люблю.

Вот после этого мое сердце взрывается. Но не разлетается. Внешняя оболочка остается целой, и все, что внутри раскидало, просто распирает ее до невероятных размеров. Моя одуревшая сердечная мышца вытесняет все остальные органы и замещает в моем организме все доступное пространство.

Больше ничего нет. Финиш.

Говорю спокойно. Смотрю прямо в глаза. Но так же, как и в прошлый раз, не получаю никакой реакции. Дикарка смотрит на меня так, словно не понимает, о чем речь. Полная растерянность. Единственное – краснеет. Поэтому определяю, что слова все-таки доходят и имеют для нее какой-то вес.

Так ничего и не сказав, просто обнимает. Сама. Хоть что-то.

– Поцелуй меня, – выдавливаю хрипло, как только отстраняется.

Смущается, но просьбу выполняет. Приподнимаясь, тянется ко мне лицом. Я не двигаюсь. Стойко дожидаюсь, пока она, распахивая рот, нерешительно ловит мои губы. Пошатываясь, сцепляемся. Веки сходу падают. Я ее вдыхаю и как-то заторможенно на вкус принимаю. Вместе замираем в запредельно-сладком оцепенении. Не двигаемся, пока по телам разлетаются волны тока.

Когда первая острота спадает, наступаю я. Обвивая рукой вокруг талии, подтягиваю Лизу выше. Фиксирую ладонью затылок.

И целую, конечно. Выдавая такую череду эмоций, которую сам переживаю с трудом. Жаром накрывает. Дрожью выходит.

Пока двигаются наши губы, неистово горим. Чувствую, что бомбит нас обоих. Только Дикарка, как обычно, долго не выдерживает. Отталкиваясь, разрывает контакт. Смотрит мне в глаза, будто пьяная. А я, вероятно, с тем же мороком во взгляде, на ее влажные, пухлые губы.

– Пора ехать, Артем, – напоминает тихо о том, что мы планировали делать еще полчаса назад.

– Да… Сейчас поедем, – выдыхая, опускаю ее на пол.

Нужно успеть до конца лекций, чтобы Лиза вовремя вернулась домой. – Слушай, в одном клубе скоро планируется маскарадная туса. Я подумал, ты вполне можешь пойти со мной.

Богданова, конечно же, принимает потрясенный вид. Приходится спешно добавлять пояснения:

– Я подберу тебе такой костюм, в котором никто не узнает. Обещаю, – сжимаю ее ладонь. – Просто соглашайся. Пожалуйста, Лиза. Ночь «до» и ночь «после» тебя трогать не буду. Выспишься.