А маму… не нашли…
Так, Тэмми, только не реветь! Я нанизала на вилку кусочек мяса, сунула в рот и решительно заработала челюстями. Аид не сдвинулся с места, терпеливо ожидая, пока я продолжу.
– А дальше неинтересно. Я попала в сиротский дом. Ребят постарше, таких как я, отправляли за город, работать на зажиточных землевладельцев. Сдавали в аренду, так сказать. Поначалу было тяжело, но потом привыкла. Работы всегда было много, и летом, и зимой. К нам неплохо относились. Поселили в теплом бараке и кормили по три раза в день, а то что из нас за работники на пустой желудок.
Три года пролетели незаметно, а в пятнадцать я поступила в Академию. Это забавно вышло.
Я улыбнулась, вспомнив осенний день четыре года назад. Я приехала в Лосс из пригорода вместе с телегой, груженной тыквами. Я и Молли. Наш хозяин был неплохим человеком, по-своему жалел сирот. Выдал нам по медяшке и разрешил прогуляться по городу, торговать, мол, завтра с утра начнем, а пока отдохните, развейтесь.
Это была идея Молли – сходить поглазеть на Академию.
– Сегодня пускают всех желающих! Любой может пройти испытание и узнать, есть ли дар. А с завтрашнего дня – экзамены. Но говорят, если дар есть, экзамены так, для отвода глаз. Чтобы отсеять детишек богатеев, которые думают, что для того, чтобы стать ловчим или ищейкой, главное – деньги.
Так как заняться все равно было нечем, я согласилась прогуляться. Очередь тянулась из дверей центрального корпуса и кольцом завивалась по площади.
– О, да мы тут до вечера простоим!
– Ну же, давай подождем! – упрашивала меня подруга.
И я поняла, что она не просто так приволокла меня на испытания. Молли мечтала о том, что у нее обнаружат дар. Стать студенткой, получать стипендию, жить самостоятельной, вольной жизнью! Что может быть лучше! Я никогда не ощущала в себе посторонних сил, но… неожиданно для себя самой согласилась попробовать.
Мы встали позади компании молодых людей явно из обеспеченных семей. Один из них, в замшевой куртке и модном берете, презрительно оглядел нас с ног до головы и сморщил нос.
– Фу, и свинопасы на что-то надеются!
Он, кстати, испытания не прошел. Гордец вылетел из кабинета, где сидела приемная комиссия, с пунцовыми от стыда щеками и со всей силы хлопнул дверью.
– Мой отец вам еще покажет, есть у меня дар ловчего или нет!
Следующей вызвали Молли. Она вышла спустя несколько минут вся в слезах.
– Сказали, что у меня нет дара.
Я обняла подругу.
– Ну и ладно! Подумаешь! У меня его тоже наверняка нет.
