Потом они ушли и, очевидно, забыли закрыть люк, вот Владлен и угодил в дыру. Поэту была судьба умереть, спас его звонок от метро домой. Не пожелай он разведать обстановку и не начни мести хвостом перед женой, Аня бы преспокойно улеглась спать, полагая, что муженек просиживает брюки в ресторане ЦДЛ. Но поговорив с Владленом, Анна быстренько напудрилась и стала поджидать изменщика, дабы закатить ему скандал.
Ходу от подземки до их дома пара секунд. Спустя две минуты Аня разозлилась донельзя. Эта сволочь муж встретил во дворе соседей и зацепился за них языком, через пять минут она окончательно вскипела и решила сама поехать вниз, чтобы поискать пропавшего мерзавца-супруга.
Первое, что Аня увидела, выскочив из подъезда, был портфель Владлена, валявшийся около открытого люка.
– Меня столкнул вниз старик, – воскликнул поэт, выслушав жену, – ямы я не видел, ее прикрыли, наверное, бумагой, сверху насыпали листья.
Аня только вздохнула.
– Там был мужчина, пожилой, – настаивал Владлен, – он ключи потерял.
Супруга кивнула и привела к мужу психиатра.
После выписки Богоявленский стал частенько сидеть на лавочке у подъезда, врачи велели ему дышать свежим воздухом. Как-то раз к нему подошла Таисия Ивановна, соседка со второго этажа, и сказала:
– Ну и ужас с вами приключился!
Владлен кивнул, разговаривать с бабой не хотелось, но уйти показалось неприличным.
– Сам виноват, – сухо ответил он, – надо под ноги смотреть.
– Как подумаю, что я могла оказаться на вашем месте, так холодею, – продолжала Таисия.
– Да? – хмыкнул Владлен.
– Да, – кивнула соседка, – я в тот день, когда с вами несчастье произошло, тоже домой бежала. Кстати, видела вас около телефона-автомата, еще подумала: «И с какой стати он не из дома разговаривает? Ох, мужики! Небось налево от Ани срулить захотел». В общем, понеслась во двор, гляжу, около подъезда дедуля стоит, увидал меня и ласково так говорит:
– Ты, деточка, эту кучку листьев обойди, там собачка нагадила, я сверху и прикрыл, лучше слева в дом войди.
Ну я послушалась, конечно. Дедушка меня от смерти спас, получается. Там дальше-то люк открытый находился. Я его, как и вы, не заметила бы, но по указке старичка с другого бока в подъезд зарулила и жива осталась, а когда вы шли, пенсионер уже ушел прочь.
– Не помните его внешность? – тихо спросил поэт.
Таисия пожала плечами.
– В шляпе, очки на носу, в руках тросточка, очень интеллигентный, милый, на профессора похож.
