Столичный доктор. Том III

 — Тебя тут часом по голове никто не бил? Понимаешь, что хоть слово где ляпнешь, тут всем конец — и тебе, и мне? Могилы даже не будет!

Кузьма побледнел, постарел как-то вдруг, сквозь трясущиеся губы выдавил:

— Простите, барин! Понимаю всё, что не ваша воля была! Для этих высокородных мы и вовсе как тараканы какие… Заради Христа, — он бухнулся на колени, перекрестился и торжественно добавил: — Клянусь!

Состояние Пётрека было стабильно хреновым. Дышал самостоятельно. Хотя кто ему тут обеспечит искусственную вентиляцию легких? Правильно, нет таких качать мешок Амбу 24 часа без остановки.

Температура почти пристойная, тридцать семь и восемь. После такого вмешательства я бы и более высокие цифры без удивления воспринял. Давление сто на пятьдесят. Тоже не диво — система кровообращения такую перестройку пережила. Объем изменился, вот сердце и колотит, привыкая. Имеются экстрасистолы, штуки три-четыре в минуту. Ладно, даст бог, калием покормят, вместе с магнием, должно устаканиться. Это я с Микуличем проговорил.

Мой участок операции вроде неплох был: швы как на выставке, дренажик с серозным отделяемым, не очень обильным. Газы отходят. Да и легкое дышит. С хрипом и свистом, но работает.

Но вялый пацан, никакой. Глазами хлопает, а разговаривать не хочет. Тонус мышечный так себе. Квёлый, короче. Не нравятся мне такие, если честно. Имею стойкое предубеждение. Хоть и функционирует всё, но как-то ненадежно. Остается только надеяться на силы природы.

Зато Микулич радовался как ребенок — притащил в палату фотографа, потом репортера из местной газетки.

Сорок пять лет мужику, а не разучился получать удовольствие от работы, ну и хвастать, чего уж там… Завидую ему. Вот такому бы научиться, чтобы не выгореть. Потому что у меня стаж суммарный — обзавидуется любой и каждый. А кто в курсе, в чем прелесть — посочувствует.

— Очень правильное решение, — отреагировал он на мое сообщение, что я задержусь на пару дней. — Послезавтра приезжает Иоганнес Брамс. Он очень редко дает концерты, но так как я его друг, то лучшие места нам обеспечены.

Ну и ужин с ним, это само собой.

То, что Микулич среди прочего еще и пианист-любитель с профессиональным стажем, я слышал. Но что с Брамсом дружит — удивил. Правда, я про него помню только венгерские танцы и какой-то реквием. И если хотя бы один танец узнаю, то остальное… Да, не ту музыку я всю жизнь слушал. А то выяснилось, что тут в чести Шуман (помню где-то ноль произведений) и Вагнер (одна мелодия из фильма «Апокалипсис сегодня»).