Столичный доктор. Том III

Что бы ни случилось, Великая княгиня будет действовать хладнокровно и никакого проявления эмоций перед посторонними не произойдет.

Пока ехали, Лиза являла мне царственную посадку головы из-под вуали. Вот как они так умеют? Вроде и ничего особенного, а со стороны посмотришь, сразу понятно — голубая кровь, белая кость. Впрочем, когда я подавал ей руку по приезде на место, улыбнулась она вполне искренне, и рукопожатие было самую малость крепче и дольше протокольного.

Я прошел до своего флигеля, помылся, переоделся.

Тоже пытался держать лицо. Хотя Кузьма, как мне показалось, хмыкнул, когда я вернулся. Или я уже ищу реакцию окружающих там, где ее нет? Вот старший врач военного лазарета Калустов Яков Богданович, он как узнал, что я дома? Пришел, будто ждал, когда я последнюю пуговицу застегну.

Поздоровались, пригласил его чаю выпить. Пока он усаживался, рассмотрел доктора чуть тщательнее, чем в прошлый раз. Лет тридцати, слегка полноват, а потому и лицо кажется добрым. Чем-то напоминает актера Табакова в роли персонажа из девятнадцатого века.

Разве что нос картошкой. Кстати, сегодня коллега выглядит совсем не так скованно как вчера. Не потому ли, что начальства рядом нет? Пока Кузьма, вполне освоившийся на месте, накрывал на стол, мы вели светскую беседу. Про город, минеральную воду, отдыхающих, и прочее. К счастью, про поэта ничего. Это обстоятельство добавило очков в карму хирургу.

— Что вы решили с операцией? — полюбопытствовал я, когда гость перевернул чашку.

— Будем просить о производстве холецистэктомии в плановом порядке, — вздохнул доктор.

— Чей родственник? — сразу догадался я.

— Свояк начальника госпиталя, — признался Яков Богданович, приглаживая пышную шевелюру.

— Его понять можно. Своих лечить хуже, чем рыжих. А тут кто-то издалека сделает.

— Это, конечно, да. С рыжими никогда не знаешь, чего ждать…

— Послушайте, Яков Богданович. Я понимаю, что ваш кандидат на операцию проиграл. У каждого есть пациент, который, как кажется врачу, нуждается больше других.

Ничего не обещаю, но мы вашего посмотрим. Давайте по оборудованию. Надеюсь, ваши инструменты не застали Федора Петровича Гааза?

Кстати, вот кому памятник ставить надо. Не пробей он в начале века решение об освоении минеральных источников, не было бы здесь ничего, кроме пары станиц. И ни одного гвардейского поручика не застрелили бы. А ведь немец, по-русски и через сорок лет с трудом разговаривал. А сколько для России сделал.