О чем она думала, он не знал."
"Но она прекрасно понимала, что из двух зол следует выбирать меньшее. И она нуждалась сейчас в поддержке.
Непроизвольно Ветле ощутил чувство гордости и мужской уверенности. До сих пор он такого не испытывал.
Он, ведя девочку за руку, проскочил спальню. Услышал ее испуганный шепот:
— Стена? Дверь в ней?
Ветле бегло взглянул на клочки обоев вокруг двери и выскочил в маленький закуток.
— Вниз! — лихорадочно прошептал он.
— Нет! — всхлипнула она.
— Там чисто. Скорее, а то чудовище обнаружит нас! Он охотится за мной.
— Но не может же он знать…
— Нет, знает, — сухо произнес Ветле и силой заставил ее спуститься в неприятное отверстие. — Или ты хочешь остаться?
— Нет, — прошептала она в ужасе.
Как только она прекратила сопротивляться, они тут же оказались внизу на свежем воздухе. Ветле поддерживал ее, когда они сползали вниз по крутому спуску. Одно неосторожное движение и могли свалиться вниз в убийственную болотную топь.
На этот раз Ветле сразу бросился к дороге, проложенной между замком и деревней.
Стражи у ворот больше не было и путь, вероятно, свободен.
Но тут перед ним возникла новая трудность. Он должен был заранее продумать это и получше подготовиться.
Как уничтожить листок с нотами?
Он не может недооценивать Тенгеля Злого. Бросить листок, или попытаться спрятать его в торфе или в болоте. Сила мысли Тенгеля Злого сразу обнаружит его, и он пошлет за ним своих сатрапов. Разорвать на мелкие кусочки?
Ветле не верил, что этого будет достаточно.
Он чувствовал, что его злой предок не сдастся до тех пор, пока Эрлинг Скогсруд не соберет все до единого и не восстановит листок.
Оставался один лишь способ уничтожить ноты — сжечь их.
Но сейчас у него не было времени на это. Сейчас он должен побеспокоиться о том, чтобы он и девочка оказались в безопасности.
Кроме того, он, разгильдяй, не побеспокоился взять новый коробок спичек. Идя на такое задание! Совершенно неразумно! Полностью недостоин доверия предков. Старые спички уже давно кончились.
Девочка?
Ветле остановился на несколько секунд на пути к сторожке.
— Донна Эсмеральда, — запыхавшись обратился он к спутнице. — Вам не следует оставаться со мной. Я могу оказаться опасным для вас. Вы можете свободно вернуться к своему дяде в замок, как только чудовище покинет его.
Именно это он и пытался сказать. Но поняла ли она его ужасный испанский язык, если он знал лишь отдельные простые слова и не мог связать их?
Да, она поняла.
