Строгий режим

Его мужское достоинство, ещё не до конца утраченное, жаждало мести.

Мучаясь от сознания собственной беспомощности в этом вопросе, он со стоном перевернулся на другой бок и его взгляд упал на тот самый малёк от Соломы, которым он поставил крест на его плане. С ненавистью смотря на этот клочок бумаги, Протас вдруг подумал, что может если не полноценно отыграться за себя, то хотя бы насолить Соломе за его поступок. Ведь тот стопудово сам клеился к ней со страшной силой, мальки один за другим ей слал и ходил ещё к ней.

А теперь написал Протасу, что «эта шалава сама на шишку просится». Или как там? Он прочёл маляву Соломы ещё раз и убедившись, что так и есть, решил написать ей обо всём случившемся и послать ей малёк Соломы, написанный его почерком. Представив, что будет чувствовать Ольга, узнав об этом, Протас даже изобразил на лице некое подобие злорадной улыбки и сразу сел писать. Он подробно описал, как Солома приходил к нему с просьбой о деньгах и как обратился к нему с ответной просьбой побеспокоиться о своей соседке. Как смотрящий, пользуясь своим положением, стал за его спиной подкатывать к ней сам и всё остальное. Перечитав малявку он подумал, что узнав обо всём этом и поняв, какой человек Солома, к тому же прочитав его собственный малёк, Ольга перестанет с ним общаться. На душе даже стало немного легче от этого и, услышав как загрохотала тележка хлебореза, он вспомнил, что ещё не ответил Соломе и тут же сообразил, как нужно ему ответить.

Быстро перечитав ещё раз малёк Ольге, он завернул в него Соломину малявку и, отправив, сел писать ответ смотрящему.

Перечитав малявку Протас улыбнулся уже более естественной улыбкой. Быстро запаяв её, он подошёл к кормушке как раз в тот момент, когда её открыли для раздачи хлеба.

— В любую хату напротив закинь, — протянул он малёк холопу. Смена сегодня была отвязанная и к тому же корпусной был на подхвате, но холоп всё равно с опаской оглянулся, прежде чем брать малёк. Протас подождал, пока он его закинул в сотую камеру и лёг спать.

Шаповалов пришёл на работу пораньше. До проверки оставалось ещё немного времени и он решил навестить в отстойнике Плетнёва. Вчера вечером к тому закинули троих человек с этапа, поэтому в отстойник он заходить не стал, а вызвал его на продол.

— Ну, что хочешь сказать, что и сегодня ничего не было? — сходу спросил он Плетня, даже ещё не зайдя за угол, да ещё с таким видом, как будто точно что-то шло и он знал об этом.