Стыдные подвиги

— Да? Тогда почему ты решил, что я сразу все тебе изложу в подробностях? Про вид из моего окна? Чтобы ты понял, где я живу? В городе, как лохи, или за городом, как нормальные люди? Пошел ты к черту, ясно? Я думала, ты — нормальный, а ты — дешевка. Не звони мне больше. Еще раз позвонишь — скажу отцу, он тебя порвет.

Пока она уходила, я боролся с желанием обернуться, увидеть выражение его лица. Мне казалось, парень останется невозмутимым.

Шалавы ничего не слышали, но все видели. Они сменили позы и одинаковыми движениями поправили волосы.

Увы, дамы. Вы не интересны этому парнишке. Вы интересны только мне.

Романтические герои не имеют дел с блядями и неудачницами.

Мы познакомились в июне. В июле ей исполнилось восемнадцать. Мне — двадцать два.

В ноябре я на ней женился.

Весь остаток года я ходил в ее джинсах. У нас с ней почти одинаковый рост, а джинсы «Пирамида», популярные в девяносто первом году, вполне прилично сидели и на мужской фигуре, и на женской. Штаны то есть в семье были одни на двоих.

Дальновидный мужчина, я еще в начале декабря выяснил, какой подарок жена желает на Новый год. Я был серьезный, положительный малый, и в двадцать два года ощущал себя взрослее иных тридцатилетних приятелей. А жена вполне соответствовала своим восемнадцати. Уважала вкусные конфетки, телевизор посмотреть, поспать или сшить себе какой-нибудь жакет приталенный, или как там это называется.

Кроме примерно одинакового роста, мы имели примерно одинаковый темперамент и ежедневно скандалили, чтобы тут же помириться.

Декабрь получился плохой, мрачный и неудачный; я сидел без копья. Все сидели без копья, но я не хотел как все, я хотел одевать свою подругу в шелка и бархат. Как положено мужчине. Ну, предположим, не в бархат, но чтоб у каждого из двоих имелись как минимум персональные штаны. Молодой супруг бился и дергался, куда-то ехал, сунув за пояс газовый пистолет, кому-то звонил, с кем-то о чем-то договаривался, искал, думал, пробовал.

Когда я спросил о подарке, она заплакала, потому что у нее ничего не было. Даже джинсов. В тот день как раз моя очередь была ходить в джинсах.

Я хочу зайчика шоколадного, сказала она.

Двадцать девятого декабря я выехал в Москву на поиски шоколадного зайчика, имея в кармане джинсов «Пирамида» триста пятьдесят рублей наличными, а за поясом — газовый пистолет.