Суббота Воскресенского

Ты хочешь узнать, кто кого переглядит? Давай. Я упрямая.

Да, она была очень упрямой, и глаза не отводила, но рука дрогнула. И шпага, чиркнув по белоснежной сорочке, опустилась.

Дан улыбнулся. Он протянул руку, коснулся ее лица и снял маску. А потом, разглядывая, наклонил голову набок и сказал:

– Знаешь, Эжени, мне не нравится расположение твоей мушки. – Он переклеил ее из угла глаза на середину щеки. – Вот так гораздо лучше.

– Дай мне шпагу, я сдам ее в гардероб.

– Зачем ты ее вообще забирал?

– Чтобы этот балбес по дурости никого не поранил.

Пока Дан сдавал шпагу на хранение, Женя прочитала в инструкции, лежавшей на столе:

Вечер подходил к завершению. Полина получала от него большое удовольствие. Наконец она перестала думать. Причем думать в целом. Она просто танцевала, пила лимонад, отдыхая от менуэтов, познакомилась со статс-дамой и выяснила, что та москвичка и занимается дизайном интерьеров, а билет ей подарили дети, зная, что мама очень любит всякие необычные мероприятия.

Полину несколько раз приглашали потанцевать, она даже прошлась в полонезе с вице-канцлером, а вот Шевцов больше ни с кем не танцевал, предпочитая разговоры. Наблюдая за ним, Полина понимала, что это не праздная болтовня. Похоже, профессор решает какие-то связанные с усадьбой вопросы.

Зато, когда объявили завершающий контрданс, Шевцов пригласил Полину. И они были второй парой, а третьей – Даня со своей Женей, которая все же сняла маску. Надо будет потом посмотреть, что означает расположение ее мушки.

Впрочем, сосредоточившись на танцевальных движениях, про мушку Полина почти сразу забыла.

Получая через четверть часа в гардеробе шубу и телефон, она чувствовала легкое сожаление по поводу уже закончившегося праздника. Как быстро пролетело время!

Шевцов до последнего выполнял обязанности ее спутника. Он поддержал, когда она, ступив после лестницы на землю, поскользнулась. Полина почувствовала силу его руки. Мужские руки – классика жанра.

Но ведь работает!

И больше ни о чем другом она уже думать не могла.

Простились они у ее комнаты, когда Полина поблагодарила за чудесный вечер и пожелала спокойной ночи. В общем, глупости говорила. Надо было по-другому.

Надо было попросить расстегнуть ей платье, потому что молния находится сзади и самой раздеваться неудобно. Они взрослые люди. Он бы помог. Но если бы, расстегнув ей платье, он ушел, это было бы очень унизительно.