Сухарева башня

За полтора часа он занес в список всего два дела, после чего Антон Францевич вспомнил, что врачи советуют есть вовремя, и объявил перерыв на завтрак. Затем был еще один перерыв – на полдник, потом перерыв на обед, а потом – то ли на второй обед, то ли на ранний ужин. Отмечу заодно, что, несмотря на эти частые перерывы, Вежис был худощав, подвижен и с энтузиазмом разъяснял Опалину преимущество волейбола перед другими видами спорта. Впрочем, когда речь зашла о футболе, оказалось, что и эту игру он знает очень хорошо.

Стоит также сказать, едва Иван заикнулся, что хотел бы сегодня навестить в больнице товарища, Вежис отпустил его к Селиванову, не задавая никаких вопросов.

Вернувшись в архив на следующее утро, Опалин поймал себя на мысли, что ему тут почти нравится и что с Антоном вполне можно иметь дело. Вдобавок Вежис сделал то, до чего Иван не додумался – принес из дома тряпочку, чтобы протирать от пыли бумаги, и хотя это кажется сущим пустяком, Опалину сразу же стало легче. Он снова принялся за просмотр бумаг.

Убийство, убийство, убийство целой семьи, налет, кража бочки (потом выяснилось, что в ней был самогон), опять налет, а вот собственноручная записка Дзержинского тогдашнему главе уголовного розыска, которая почему-то завалилась между папками. Иван показал ее Вежису.

– Запиши отдельно, мы в музей ее определим, – сказал Антон Францевич.

Чихая, Опалин потащил из кучи новую пачку дел. Почти сплошь старая орфография: 18-й год, 19-й, когда многие еще не успели приноровиться к новым правилам.

Кудрявятся упраздненные ять и фита, упрямо стоят i вместо и перед гласными и твердые знаки – в конце слов, после согласных. Банды, банды, банды. Убийства. Убит коммунист, ограблена почта, убито 7 человек, и дом сожжен дотла. Считают, что это дело рук Стрелка, который появился в округе. Приняты меры…

«Стоп, это какой еще Стрелок? Наш?»

В числе жертв – муж и жена Дементьевы, родители мужа и трое родственников семьи, прибывших из Петрограда. Родственники, вдова купца Благушина и двое ее сыновей, по слухам, привезли с собой какие-то ценности, спасаясь бегством.

«Это их и погубило, – мрачно подумал Опалин. – Не то место они выбрали, чтобы пересидеть». Старший Дементьев – учитель в отставке, сын воевал, георгиевский кавалер, сначала находился в пехоте, позже летчик (в эпоху, когда парашютов еще не было, слово летчик звучало примерно так же, как и смертник). Да, мрачно подумал Опалин, на войне уцелел и домой вернулся, а убили бандиты.