Сумасшедший декабрь (СИ)

Как только Максим появляется на пороге квартиры, она повисает на нем и не отстает, пока не уснет. Они играют, что-то рисуют, смотрят вместе мультики и шепчутся, скрываясь от меня. Не сомневалась, что маленькие девочки быстро очаровываются такими, как Максим. Его вообще не напрягает внимание моей дочери, как ни странно, он получает удовольствие от общения с ребёнком.

— А огоньки где?! — Элька ставит руки по бокам, смотря на Максима с претензией.

— Упс. Я забыл, — разводит руками Максим.

— Ну как же елка без огоньков? Ты что?! — в недоумении спрашивает Эля.

— Завтра все будет, принцесса. Клянусь, — обещает ей Максим.

— Ладно. Но не забудь.

Такая деловая, что я закатываю глаза.

С одной стороны, я рада, что они нашли общий язык. И безмерно благодарна Максиму за все, что он для нас делает. Даже не представляю, как его отблагодарить.

Я пока не работаю. Адвокат не советует отправлять дочь в сад. И все наши расходы ложатся на Максима. Я так не привыкла. Я так не могу. Этот парень ничем нам не обязан.

Утро. Элька еще спит. Кристина в ванной. Отставляю кофе, иду к моей королеве. Рядом с ней я всегда хочу. Очень много хочу. Не представляю, как можно остаться равнодушным рядом с такой женщиной. Проживание с ней пьянит меня, делая невменяемым. Всю неделю я живу в эйфории на эндорфинах. Меня распирает. Сева стебется надо мной, как может, когда я спешу домой. А мне вообще плевать. Я хочу быть рядом с ней как можно больше. Я еще не надышался этой женщиной.

Прохожу в ванную, запираюсь. Кристина в одном полотенце, наносит возле зеркала крем.

Стягиваю с себя домашние штаны и боксеры.

— Эля не проснулась? — не смотря на меня, спрашивает Кристина.

— Нет, — резко дергаю ее полотенце, обнажая. У нее оху*нная грудь. Такая тяжёлая, идеально ложащаяся в мою ладонь. Замирает, сжимает края раковины, наблюдая, как рассматриваю ее в зеркало. Целую плечо, слизывая капельки воды с кожи.

— Макс. Эля может проснуться в любой момент, — шепчет она, а сама плывет, запрокидывая голову, когда я добираюсь до ее шеи.

— Ничего не могу с собой поделать, — хриплю ей в шею, потираясь каменным ноющим членом об ее попку. — Я всегда тебя хочу. На работе думаю только о тебе.

— Ты ненасытное животное, — усмехается, закидывает руки мне на шею. Ее грудь колышется, поднимается. Очень красиво.

— Да, с тобой я животное. Все инстинкты обостряются.