Он не смог привыкнуть ни к плотно облегающей тело иноземной одежде, хотя она была довольно удобной, ни к узкой обуви, сжимающей тисками стопу, ни к… Да ни к чему он не смог привыкнуть, с чем пришлось столкнуться в этом чуждом и враждебном для него мире! Его терпение, напитанное болью воспоминаний, стремительно иссякало.
С неукротимым желанием покинуть так и не принятый им мир, пришло понимание, что он не знает, как вернуться назад.
Пфальцграфиня рассказывала ему и об аварии — предположительно случившейся на мосту в Ингольштадте, — и о том, где она оказалась, как вышла к обозу… Он знал о женщине всё.
Думал, что знает всё, — поправил себя.
Осознав время своего пребывания в новом мире, с удивлением понял, что и она, Вэлэри, должна находиться в нём. С тех пор как себя ни сдерживал, не мог отделаться от мысли о встрече с ней.
Несмотря на новизну и остроту ощущений, его преследовало прошлое. Неумолимо тянуло назад — в свой дом, где его ждал сын, в свой тёмный век, как однажды со смехом изволила высказаться Вэлэри.
Она предупреждала, потешалась над его возможными страхами и… учила всему. За три года общения с ней она обучила его двум языкам, манерам. Обучила неизмеримо многому другому, за что он ей премного благодарен.
Не обучила одному — как беседовать с ней прежней. Да и кто ж знал, что это будет надобно?
Наташа тяжело сглотнула, не в силах отвести глаза от глубокого светлого шрама над кадыком, особенно заметного на смуглой коже араба.
Господи, во что я вляпалась? — холодея от ужаса, не слышала стука собственного сердца.
Перед ней… бандит? Кому ещё могут перерезать горло? Наёмнику-убийце?
Невольно отвела взгляд и встала:
— Простите, мне пора, — суетливо сдёрнула шубку с рогатой вешалки.
Если бы не реакция Шамси, громадина рухнула бы на столик.
Не оборачиваясь, девушка рванула к выходу, надевая в спешке шубку и удерживая под мышкой сумку.
Сбила рукавом солонку со стола, мимо которого промчалась; задела пустой стул.
Едва не сшибла с ног входящую в кафе парочку.
Косилась назад, ожидая преследования.
За ней не гнались."
"Морозный воздух не остудил разгорячённое лицо. Шёл редкий снег. Мело.
Не сбавляя взятого темпа, проваливаясь каблуками в снежный наст, Наташа спешила в сторону своего дома. Перед мысленным взором мелькали чёрные въедливые глаза восточного князя, его ухоженные блестящие волосы, длинные сильные пальцы и… белёсый рубец на смуглой коже шеи.
В сумке зазвонил телефон. Девушка на ходу стянула перчатку и открыла сумку.
