Федор уставился на атласную обивку дивана, затем на свои грязные джинсы… Но под пристальным взглядом матери покорно плюхнулся на сидение и потупил глаза.
Я же начал рассказ и описал все приключения, не утаивая ничего, кроме применения частички силы Искажения. То, что меня не взял яд, я объяснил хорошо построенной защитой, знанием ряда заклинаний земной стихии, к которым в том числе относились и яды, а также банальным непрофессионализмом тех, кто отраву устанавливал.
— Значит, Андрей, вас вынудили предать нас, угрожая жизнью ваших близких, — сказала матушка, глядя на шофера.
— Я очень разочарована.
— Ваша светлость…
— Я разочарована тем, какие методы используют наши враги. Ранее дворяне не позволяли себе столь грязных игр. У нас был кодекс чести.
Ага. А еще пятнадцать лет назад вас с отцом подставили и отправили в ссылку. Это чистые методы? Гниль, если она есть, всегда найдет лазейку, чтобы выбраться наружу.
Андрей бросился на колени.
— Ваша светлость! Мне нет прощения, я это осознаю! Но прошу лишь пощадить мою семью! Делайте со мной все, что угодно, но, молю, не дайте этому поступку разрушить жизнь моему сыну…
Мы с матерью одновременно на него уставились.
Нет, про аристократов всякое говорят, я понимаю. В семье, как говорится, не без урода. Но это ж каких басней надо наслушаться, чтобы…
— Андрей, я не имею морального права осуждать вас за этот поступок, — заявила княгиня. — Вы защищали свою семью. А семья и кровь — самое важное. Это то, ради чего стоит жить и то, ради чего можно умереть или рискнуть всем.
Ваших жену и детей сейчас осматривает лекарь, им будет оказана вся возможная помощь. Что до истории, в которой вы оказались замешаны… Вам сейчас опасно находиться в Петербурге и в Выборге, поэтому я отправлю вас на некоторое время в Тихвин на нашу дальнюю дачу. Для вас там найдется работа, и ваша семья сможет спокойно восстановиться.
— Ваша светлость…
— Однако впредь я не потерплю замалчивания проблем, Андрей. Надеюсь, подобное более никогда с вами не случится.
Но в следующий раз, если вы действительно намерены сохранять верность моему Дому, сообщайте обо всех угрозах и неприятностях.
Андрей поцеловал руку матери и вернулся на диван.
— Что до вас, Федор…
— Тихонович, ваша светлость.
— Я благодарна вам за помощь, Федор Тихонович. Моя помощница рассчитается с вами и компенсирует все неудобства. Надеюсь, этих средств с лихвой хватит и для вашего молчания. Сейчас нам не нужны скандалы.
