Святой Грааль

Калика проснулся, тут же принялся помогать рыцарю, хотя тот явно не считал зазорной такую работу: даже короли иной раз сами кормят и чистят своих боевых коней, а драконы, если верить калике, когда-то были боевыми зверями.

— Жаворон…ночек, — выдохнул он, когда очередной ломоть влетел дракону в пасть.

— Кто? — не понял Олег.

Томас швырнул окровавленный ломоть, дракон наконец отвернулся с раздутыми щеками:

— Сокол на лету только бьет, а ест на земле. А мы бросали мошек именно жаворонку.

Олег хмыкнул, вытер ладони о костяную плиту.

— Мяса осталось на одну кормежку! — напомнил Томас тревожно.

— Пусть это прожует, — ответил Олег недовольно. — Нажрался, как хомяк. Щеки из-за спины видно!

Щеки дракона в самом деле раздулись, он мерно жевал, ветер сорвал с уголка губ слюну. Олег вовремя отшатнулся, на рыцаря ляпнулась капля с ведро размером, он с проклятиями начал выпутываться из липкой слизи, даже не заметил в ярости, что дракон снова забил отчаянно крыльями, стремительно набирая высоту.

— Эта зверюга не заморилась?

— Не помню, — ответил Олег неуверенно. — Давно не летал.

— Я за своим конем смотрю, — укорил Томас. — Запалится, тогда совсем не годен под седло.

— У меня нет коня, — буркнул Олег. — О своей душе надо заботиться! О ней в последнюю очередь думаем.

Все же он с сомнением смотрел на вытянутую шею дракона. Тот летел, как журавль, поджав лапы, а шею и хвост с гребнем вытянул в одну линию.

— Ночь близко, — сказал Олег без охоты. — Надо выбирать место для ночлега. И зверюга переведет дух. Вдруг он как конь, что на скаку падает замертво?

Томас опасливо посмотрел вниз, где покрытые лесами холмы выглядели чем-то вроде болотных кочек:

— Как посадить?.. Я летал только с коня. С башни летел однажды… с сорокафутовой каменной башни! На каменную площадь да в полном рыцарском доспехе.

Олег посмотрел на рыцаря уважительно, сам перелез к кинжалу Томаса, воткнул в другом месте:

— Эй, Жаворонок!.

Дракон пронзительно вскрикнул, резко вильнул из стороны в сторону, словно рыба в воде, внезапно сложил крылья и рухнул — не камнем, скалой! — вниз. Сердце Томаса остановилось, ноги и задница оторвались от спины дракона. Он завис в воздухе, удерживаемый лишь веревкой. Падали все быстрее и быстрее, воздух уже свистел и визжал.

Олег торопливо выдернул кинжал, лицо калики побелело.