Святой Грааль

Смок ускорил бег, с разгона нырнул в самую большую пещеру, тут же попятился, мотая головой, уже осторожнее забрался в другую. Мелькнул усеянный шипами хвост, исчез.

— Надеюсь, — сказал Томас, — не потревожит святых молитв местных пещерников.

Олег уже смотрел на темнеющие в сумерках воды Днепра, явно забыв о драконе, его пальцы безостановочно перебирали обереги, глаза были тревожные.

Томас взглядом воина и крестоносца окинул окрестности. Жаль, что нельзя на драконе перелететь прямо в Британию, это заняло бы сутки не больше.

Но сэр калика уже прилетел: вон крыши его родного города, а главное же, что сами драконы не забираются дальше к северу, что в конечном счете — к лучшему: кто из рыцарей Британии одолеет такого зверя? Выйдут на битву один за другим, сложат головы… Пусть живет до осени, с наступлением холодов улетит вслед за дикими гусями в свои теплые края.

Пощупав мешочек со Святым Граалем, что у него стало таким же привычным жестом, как у калики перебирание оберегов, он отправился вслед за другом.

Огромный меч в хорошо подогнанных ножнах как прирос к спине калики, а составной лук и колчан со стрелами были плотно прихвачены широкими ремнями. Томас на ходу затянул пояс, чтобы меч не звякал по железу, догнал друга, пошел с ним плечо к плечу.

Солнце давно спряталось за краем земли, сумерки сгущались. На темнеющем небе ярче проступали шляпки серебряных гвоздей, которыми Бог приколотил небесную твердь.

Щербатая луна налилась недобрым блеском, и Томас некстати вспомнил, с содроганием плечей, что луна — солнце мертвецов, что встают по ночам из могил и шастают по дорогам — вампиров и всякой нехристианской нечисти.

Прошли по узкой тропке, что вилась под обрывистым берегом. Волны с грохотом, словно на море, набегали на берег. Вдали мелькнула обнаженная спина, показалось смеющееся лицо, затем плеснул крупный рыбий хвост, и странное существо исчезло.

Они вышли к широкому причалу из толстых бревен, вбитых в речное дно.

Поверх блестели бревна тоньше, плотно подогнанные, со стесанными боками. Причал был новым, добротным.

Олег кивнул на бревенчатый домик, тот возвышался на круче:

— Дом перевозчика… Завтра на рассвете с того берега придет паром. Ты переправишься в Киев. А там рукой подать до Британии! Через Чехию, Германию и Францию.

Калика не ответил, медленно брел вверх по склону к домику.