Связанные любовью

Мафия была у меня в крови. Я знал его правила, его людей. Новый Капо означал смену власти.

Лука покачал головой.

— Нет, — прорычал он. — Никаких слез.

Я моргнула и сделала глубокий вдох.

— Ты вернешься ко мне. — Это был скорее вопрос, чем утверждение.

На лице Луки отразилась мрачная решимость.

— Всегда. Даже если для этого мне придется убить тысячу человек.

Боже мой. Я ему поверила. Он поцеловал меня еще раз и попытался отступить, но я крепче обняла его за талию.

— Ария, — тихо сказал он, но я не отпустила его.

Лука подал Ромеро знак, и мгновение спустя Ромеро схватил меня за плечи и мягко оторвал от Луки. Бросив на меня последний взгляд, Лука вышел из квартиры. Двери лифта закрылись за его сильной спиной.

— Пойдем, Ария, — мягко сказал Ромеро, отпуская меня. — Нам тоже пора идти.

— У него неприятности? Потому что он молодой капо?

Ромеро покачал головой.

— Лука не хочет, чтобы ты знала подробности. Не спрашивай у меня ответов, которые я не могу тебе дать.

Электростанция Йонкерса с красновато-коричневым кирпичным фасадом маячила у Гудзона.

— Врата в ад, — пробормотал Маттео себе под нос, когда мы припарковались у входа. Заброшенные окрестности электростанции были забиты десятками автомобилей.

Ворота в ад… пресса дала этому зданию такое название в последние годы из-за войн банд, но последняя настоящая кровавая бойня была организована семьей, и, возможно, сегодня последует еще одна. Ромеро взял Арию в поездку по городу сегодня. Я не хотел, чтобы она была в нашем пентхаусе или в особняке, если ситуация обострится.

Если мы с Маттео умрем, Ромеро отвезет ее в Чикаго.

Две дымовые трубы поднимались в небо, как стволы. Я надеялся, что мое собственное оружие, пристегнутое к груди, сегодня не вступит в бой. Мы с Маттео прошли через скрипучие ворота, мимо ржавых труб, в главный зал здания высотой с Собор. Сотни мужчин повернули головы в мою сторону, когда я проходил мимо них. Фронт состоял из солдат из Нью-Йорка и Бостона, солдат, с которыми я часто работал в течение многих лет, но в рядах позади них я видел много менее знакомых лиц: солдат из Вашингтона и Атланты, из Кливленда и Филадельфии и других городов восточного побережья под моим управлением.

Некоторые из них никогда не видели меня лично, только слышали истории и видели фотографии в прессе. Они посмотрели на меня, и по их лицам пробежал ропот. Я не выбрал для этого случая костюм-тройку, как сделали бы мой отец и Капо до него.