Сын Дьявола

— С ума сошел? — со слезами на глазах говорю я и дергаюсь, но его жесткая рука не позволяет слезть с тараном пробивающего меня члена.

Максим толкается и рвется внутрь, пока палец на второй руке на находит тугое отверстие.

— Минус на минус дает плюс, — говорит он обмакивает палец в смазке и кончик пихает внутрь. Не дальше. Просто начинает массаж по кругу, надавливая на особую точку.

— Погоди… — подмахивает он бедрами все активнее, в том же темпе, что и массирует анус.

И, господи, не может быть. Резь отступает, давая место чувству полной наполненности сосуда, до краев залитого напряженным состоянием.

И вдруг ощущая, как будто падаю. Куда-то вниз. Далеко. Темно. В те самые грешные цепи его страсти.

Порочный прыжок в обжигающую похоть, где главенствует его величество оргазм.

Он буквально выворачивает меня на изнанку, он вынуждает меня кричать и кричать, пока сам ревет:

Он выходит из меня с рыком и обильно забрызгивает грудь, живот, пока я пытаюсь прийти в себя.

В голову приходит запоздалая мысль про защиту, но тут же улетает на второй план, потому что пересохшие от криков губы увлажняет язык.

Максим сцеловывает остаточные стоны, и я крепко обнимаю его за шею, благодарно улыбаюсь.

— Не знаю, где ты такому научился, но это просто нереально круто.

— Много читал, как доставить удовольствие девственницам.

— Оо… — смотрю я в его глаза, пытаюсь найти там толику смеха и, не найдя, улыбаюсь. — Тогда ты в этом полный спец.

— Ты моя первая девственница.

— Я бы сказал — совершенный, — переворачивает он меня, поднимает на руки и несет в душ.

И мне хочется спросить, почему я первая, но я молчу, потому что сейчас насколько между нами тонкая гармония, что одно неверное движение или слово разобьет в дребезги. На мелкие осколки, которые нам никогда не собрать.

Ну не сегодня, так завтра. Судьба злодейка не дремлет.

Разбивает гармонию. Убивает нас.

Просто уничтожает тот свет, что несет наша тайная связь.

Потому что что я совершаю ошибку. И последствия представляются мне страшными.

— Я не хотела… — иду я за Максом, который стремительно приближался к вокзалу во второй половине следующего дня. — Я просто не могла иначе… Максим, ну пожалуйста.

— Я знаю, — резко поворачивается он ко мне и сначала смотрит зло, обиженно. Ведь знакомой отца, которую встретила возле кафе, я сказала, что нахожусь одна в Москве, я постеснялась Максима.

Но и правду я не могла сказать.