Сын Тишайшего-2

Остальные два доктора раненых в госпиталь повезли. Звать немца?

— Нет! Тащи мой мешок. И распорядись, чтобы несли воду тёплую и быстрее!

Народ тут же забегал. При помощи Апраксина снимаю бахтерец, морщась от боли, и едва сдерживаю крик. Но надо терпеть. А ещё прочь в сторону все мысли, придётся самому делать операцию. Мальчик не должен умереть из-за моей самонадеянности и эгоизма. Разбираться с врагами будем после.

Наверное, я сейчас выгляжу страшно. Оно и немудрено. После пяти проведённых операций мой аналог больничного халата основательно изгваздан кровью и не только.

Скорее так должен выглядеть мясник, увлёкшийся любимым делом, либо вивисектор.

Ассистировавший мне фельдшер Кирюхин точно похож на описываемых товарищей. Глядя на него, я сужу о собственном виде. Кстати, Демьян — обычный солдат. Из-за небольшой травмы его отправили в госпиталь помогать вывозить раненных с поля боя. Но оказалось, что санитар поневоле, неплохо разбирается в лечении. Бабка у него деревенская знахарка. Поэтому сам бог велел использовать столь ценный кадр.

Мне даже не пришлось долго объяснять про необходимость соблюдения чистоты и дезинфекции. Оказывается, парень сам является сторонником гигиены. Ещё и грамоте обучен, да мои наставления по чистоте читал.

Прямо самородок! Чего он делает в пехоте, не знаю. Теперь его судьба определена, хочет того Кирюхин или нет. Ха-ха! Это у меня нервное.

Когда пять часов подряд промываешь и сшиваешь раны, соединяешь сломанные кости, а ещё копаешься в кишках, то волей-неволей крыша начнёт ехать.

Удивительно, что все наши пациенты пока живы. Хотя при нынешнем уровне анестезии, впору было умереть от болевого шока. Большая часть обезболивающего ушла на Троекурова и стольника Протасьева[1], поймавшего сразу две стрелы. Остальные трое являлись моими охранниками с достаточно тяжёлыми колото-резаными ранами.

Я периодически помогал немецким лекарям и присутствовал на многих операциях. Там и нахватался умений, но называть меня полноценным хирургом не стоит.

Небольшую рану промою и заштопаю, или гипс могу наложить. Вернее, всё это я проделывал под присмотром Келлермана. И тут такая напасть. Но мы справились!

Савва тоже ассистировал при операции, но постепенно передал свои полномочия Кирюхину. Дядька больше держал дёргающихся и орущих воинов, а также помогал с перевязкой. Мой небольшой шатёр вдруг превратился в хирургическое отделение. Понимаю, что кругом антисанитария, но на улице гораздо хуже.