Табу на любовь

— Роман Дмитриевич, ваша невеста ждет вас в приемной, — осторожно сообщила секретарша.

Едва сдержался, чтобы не заорать на подчиненную.

Какого, спрашивается, хрена, Дарья явилась в офис? Но я не успел. Дражайшая невестушка уже входила в кабинет, цокая каблуками и сверкая томным взглядом.

Невольно сравнил ее с Ратти.

Даша была низкопробной серебряной цепью с тусклой подвеской. Вроде бы и драгоценность, а потерта и поношена.

Моя Ратти была шедевром ювелирного искусства. Изысканным и редким. Одним на триллион вот таких «украшений», как Несторова-старшая.

— Здравствуй, Рома, — натянуто улыбнулась она.

Я откинулся в кресле, прикидывая, как быстро и безболезненно можно выпроводить Дарью из офиса и не встречаться с ней до самой брачной церемонии.

Женщина прошествовала к столу, точно по подиуму. Остановилась передо мной, скрестила руки на груди.

— Ничего не хочешь мне сказать, дорогой? — требовательно произнесла она.

В женской руке увидел потрепанный мобильник. Сомневаюсь, что он принадлежал Дарье.

— Моя сестренка, — говорила Дарья, вертя в руке телефон.

— Пошла на ***, Дарья! — максимально спокойно процедил я.

Несторова вспыхнула. От возмущения открыла рот. Закрыла. Хлопнула длинными ресницами.

— Что? — переспросила невестушка.

— Я сказал: пошла на хрен из моего кабинета! — повторил я, не поднимаясь со своего кресла.

Несторова бросила телефон на стол, а сама направилась к двери.

Я медленно поднялся на ноги, и как только Несторова протянула руку к двери, хлестко добавил:

— Не суйся к ней. Ослушаешься, будешь куковать в «дурке» до свадьбы.

Моя угроза была четкой и понятной. Дарья являлась кем угодно, но только не дурой.

Мне было насрать на ее «светлые» чувства. Знал, что Несторова не откажется от брачного договора, который сама же и подписала. Львовский — слишком выгодная для нее партия.

— Ублюдок! — прошипела моя драгоценная невестушка, а я лишь рассмеялся.

Не новость. Теперь даже Раттана в курсе моего происхождения.

Когда за Несторовой закрылась дверь, вызвал Марка к себе.

— Реши вопрос с прессой, — велел я. — И приставь к девчонке пару людей.

Неделя выдалась адской. Дела рвали меня на куски. Но я вел свой бизнес, как умел, четко и методично. Приумножал семейные капиталы, оправдывал свою репутацию бессердечного ублюдка.