Табу на любовь

И все получалось. Я так думал. До тех пор, пока Ольховский осторожно не доложил, что девчонка вернула телефон. В который раз за минувшую неделю.

Решил, что должен поехать к ней сам. Отпустил охрану. Марк сопротивлялся, а все равно уступил. Понимал, когда я в таком бешенстве, то лучше ко мне не лезть.

Мне доложили, что девчонка в это время будет возвращаться домой после осмотра пса

Знал, что не стоит ее видеть.

Все знал. Но меня тянуло именно туда. Тянуло, будто кто-то закинул на шею гребаное лассо и тащил против воли.

Новенький гаджет лежал, упакованный в коробку, на переднем сиденье. А я пристально следил за фигуркой в окне.

Хрен понять, сколько просидел вот так, цепляясь за руль, как за последнюю преграду. Приказывал своему телу валить к чертям на другой край города.

Сидел и смотрел. Готов был рычать от бессилия, когда хрупкая фигурка скрывалась из вида. И, как придурок, радовался, стоило ей мелькнуть в оконном проеме вновь.

Пачка сигарет оказалась весьма кстати. И на третьей порции никотина я увидел, как Раттана спускается по ступеням.

Увидел, как девушка поскользнулась на корке льда. Взмахнула руками, не смогла удержать равновесия, когда Сумрак потянул поводок.

А я уже мчался вперед. Но все же не успел. Пришлось девчонку поднимать с тротуара, отряхивать снег с одежды, ставить на место.

Она хмуро смотрела на меня. Не убежала. Не кричала о том, какой я придурок и сволочь.

И я не успел даже подумать, а слова уже слетели с долбаного языка:

Девчонка открыла рот, чтобы, очевидно, послать меня лесом.

— Понятно, — хмуро заключил я и, удобнее перехватив Ратти за локоть, потащил к машине.

— Пусти! — наконец, потребовала она, но я не уступал.

Усадил ее в тачку, сунул в руки коробку с телефоном и уже активированной в ней карточкой с приличным балансом на счету.

Потом распахнул заднюю дверь тачки.

— Лезь! — скомандовал я доберману.

Тот оскалился, пришлось повторить команду уже более требовательно.

— Живо в тачку! — прорычал я.

Сумрак послушно ткнулся мордой в сиденье. Я понял, что он сам не одолеет препятствия. Помог псу взобраться. Тот молча улегся, глядя на свою хозяйку.

А я сел за руль. Взглянул на девчонку. Протянув руку, она гладила морду пса и едва заметно улыбалась ему.

Млять! Она никогда не улыбалась мне. Ни разу.

Тот ресторан, в котором мы ужинали в первый раз, был неподалеку.