Тай – значит умереть

У других богатых поселков есть общий бассейн, фитнесс-зал и еще много чего, включая даже аквапарки. У нас был только один общественный туалет, встроенный в крытую беседку, да газон на въезде, где проходило раз в год общее собрание. Оно-то и решило для снижения годовой коммунальной платы упразднить секьюрити. С тех пор она стала равняться нулю…

– Да ладно? Прямо-таки и нулю? – кто же поверит в такой коммунизм в королевстве. А я поясню.

Примерно треть поселка использовалась под дачи состоятельными бангкокскими тайцами, приезжавшими сюда только по праздникам и на выходные.

В центре, на одной из самых больших вилл – на два дома через проход – жил очень влиятельный адмирал из числа нэйви (военно-морские силы), который силой мысли аннулировал плату за коммуналку. Раз в месяц он пригонял молодых подчиненных – матросов в ярко-розовых девчачьих футболках, и они за день неспешно подстригали траву, подметали мусор, подкрашивали его забор. Вездесущая плесень не щадила даже дом адмирала.

В сезон урожая на проезжую часть зазывно свисали тяжелые манго.

Колосилась банановыми связками трава. До тех пор пока пустовал дом напротив, нам, чтобы не пропадал урожай, приходилось собирать и варить варенье из звездочек карамболы.

В нашем саду росли: две пальмы, туя, перчики, манао (лайм) и бергамот. Названия растений и деревьев мы знали по-тайски, и они нам за это активно плодоносили.

И все-таки в ботаническом плане наши Зеленые виллы – поселок трех лет от роду – уступали диким и старым, где жили наши добрые друзья из Москвы, – Владимир Лавров и Лена Минакина.

В один из визитов – в самом начале нашего пребывания в Тае – экс-москвичка Лена показала нам дерево с плодами, похожими на крупные недозревшие грецкие орехи. Я привычно-ситуативно потянулась за халявной снедью, за очередной наверняка прикольно вкусной диковиной, как Лена воскликнула, ударив по руке:

– А у нас можно собирать, если это ничье…

– Да мне не то чтобы жалко…

Просто одна старая тайка с красными от жевания бетеля губами рассказала ей страшную байку о том, что это секретное оружие тайских колдуний и обманутых жен.

Мякоть этого фрукта не имеет вкуса и запаха, но смертельно ядовита. А самое главное достоинство: через сутки в крови не остается ни-ка-ких следов.

– И ты в это веришь?! – усмехнулась я. Но молодильные яблочки рвать не стала. Смешные все-таки эти тайцы, во всякую херню верят. Ей Богу как дети!

Любовь по-итальянски

Несколько лет назад мы начали отсчет любопытным наблюдениям.