Тайна рождения

— Стереги девку, — тихо приказала она ему, выйдя из кареты. — Глаз с нее не спускай, понял?

— Не извольте сомневаться, Елена Павловна, — заверил возница. — Все в лучшем виде сделаю.

«Неприлично, Боже, как неприлично», — твердила себе графиня, дожидаясь, пока ей откроют. Но именно двусмысленность ситуации отчего-то особенно волновала Елену Павловну. Открывший дверь слуга Трипольского сразу же узнал графиню Петровскую, поклонился ей, пропуская в дом.

— Что, голубчик, Дмитрий Петрович дома? Гости у него?

— Нет, ваше сиятельство, хозяин одни-с.

Сию секунду доложу.

Присев на стоявший в холле диванчик, Елена с любопытством осмотрела развешанные по стенам трофеи: головы лося, оленя, волка с оскаленной пастью, распластанную медвежью шкуру.

«Неужели он сам завалил медведя? — подумала она с недоверием. — Это же какой храбростью нужно обладать!»

Владимир охоту не любил. Как раз потому, что очень любил всех животных, не только лошадей. Даже в Петербурге у них имелось несколько собак, в Дубровке же им просто счету не было.

Граф Петровский любил повозиться со своими псами, которые нередко вылизывали его лицо. Брезгливая Елена потом гнала мужа умываться, возмущаясь:

— Что за баловство, Владимир?! Не удивлюсь, если ты заболеешь из-за этих тварей!

Только сейчас она подумала, что, может быть, их взаимопонимание с мужем было не столь полным, как ей казалось. Может, с этой измазанной навозом девкой, с этой Варькой, ее мужу было так хорошо не только в постели, но и вне ее, ведь, судя по всему, у них имелись общие темы.

Ничего странного, что Владимир нашел себе собеседницу, раз его жена никогда не поддерживала подобных разговоров…

Елена сжала перчатки, которые сняла, дожидаясь Трипольского, и вдруг словно очнулась: «Зачем я здесь? Что я делаю?!» Она вскочила, но в этот момент хозяин дома уже сбежал по лестнице, припал к ее руке. Елена Павловна с какой-то растерянностью посмотрела на склоненную светловолосую голову, потом, когда Дмитрий Петрович выпрямился, с тем же недоумением вгляделась в жизнерадостное, полное лицо, украшенное тонкими усиками, и ужаснулась: «Неужели я хоть на секунду допустила мысль, что он может заменить мне Владимира?!»

— Елена Павловна, какая приятная неожиданность! — между тем заворковал Трипольский.

 — Прошу вас! Что за великолепная мысль скрасить мое одиночество! Я ведь тут третий день живу полным отшельником, хворал немного. Ну, да сейчас уже поправился. — Он стукнул себя в грудь, как бы подтверждая, что чувствует себя превосходно.