Тайна рождения

Варвара Васильевна пристально посмотрела на нее:

— Вы очень любите вашего мальчика, верно?

«Как можно спрашивать о таком?! — поразилась графиня. — Сразу видно, что она никогда не была матерью». Она поцеловала сына и отослала его к детям. Потом смерила певицу взглядом:

— Странно, что вы спрашиваете… Разве есть на свете мать, которая не любила бы свое дитя?

— Я знаю твою тайну, — неожиданно проговорила Крушинникова.

Графиня в ужасе отпрянула от нее:

— Что?! Что вы сказали?

— А? — встрепенулась та.

 — Извините, я, верно, задумалась. Представила эту куклу.

— Вам не кажется, что эта фраза звучит немного… странно? — уже отойдя от невольного потрясения, проговорила Елена Павловна.

— Что же в ней странного?

— Непонятно, о какой тайне идет речь.

— И это интригует, разве не так? Ребенок начинает фантазировать, придумывать истории. И потом… ведь у каждого найдется своя тайна…

Графиня усмехнулась:

— Опять скелеты в шкафу?

— Ну может, некоторые только надеются, что это скелеты, а они живы-живехоньки…

У Елены Павловны остановилось сердце: «Ей что-то известно… Кто же она такая? Варвара… Но ведь она не может быть… Нет, это просто невозможно! Ничего общего».

Но все же она со страхом вгляделась в черты лица той, что носила фамилию Крушинникова. Полное, слегка уже оплывшее темное лицо, набрякшие веки, отяжелевший подбородок… «А Варя Иванина была совсем девочкой… Не могла же она так чудовищно измениться за десять лет! Да и та — неграмотная девчонка, развратная дурочка. Эта же Варвара умеет держаться, умеет подать себя. Эта женщина неплохо образована, по крайней мере, музыкально. Можно, конечно, допустить, что старик Крушинников потратил уйму денег, чтобы сделать из крестьянки настоящую леди, только зачем ему это понадобилось?»

— Любовь, — внезапно произнесла Крушинникова, опять вызвав в душе графини суеверный страх.

«Она мои мысли читает, что ли?! Отвечает на непрозвучавший вопрос?» Елена Павловна настороженно поинтересовалась:

— Почему вы вдруг заговорили о любви?

— А разве мы не о ней говорили? Материнская любовь и всякая другая — она может творить с человеком страшные вещи, не правда ли?

— Страшные? Я полагала, что прекрасные… Любовь вдохновляет и окрыляет.

Она дает силы переносить бессонные ночи, когда ребенок нездоров, часами носить его на руках. Без раздражения выдерживать капризы и увлекаться его интересами, потому что это делает счастливым и его, и его мать.