Тайная жемчужина

Он прикрыл глаза и положил обутую в сапог ногу на сиденье напротив. День клонился к вечеру. Наваливалась дрема.

Он никогда прежде не говорил о своих мечтах, желании иметь много детей – сыновей и дочерей, чтобы в Уиллоуби звенели веселые крики и смех. И Памеле стало бы веселее – плохо, что она растет одна.

Если бы это были их с Флер дети! Они брали бы их на верховые прогулки, на пикники, на рыбную ловлю, катались бы с ними на лодках. Он научил бы Флер ловить рыбу. А она учила бы детей играть на фортепиано и сама играла бы для них по вечерам.

А по ночам он любил бы ее. Он спал бы с ней на большой отцовской кровати под балдахином, где не побывала ни одна женщина после смерти отца. Он наполнял бы Флер своим семенем и наблюдал, как она готовится стать матерью, как она дает жизнь их детям.

И сделал бы все возможное, чтобы их детство было счастливым, и сам чувствовал бы себя счастливым человеком.

Герцог открыл глаза, когда ее голова коснулась его плеча.

И он снова закрыл глаза.

Роксфорд оказался вовсе не городом, а большой деревней. Начинало темнеть. Церковный двор был довольно обширным, и герцог Риджуэй убедил Флер, что в полутьме трудно будет отыскать надгробный памятник. А может, его пока еще и не существует. Надо спросить у приходского священника.

Но, как объяснила жена священника, того не было дома, он находился у постели больного. А сама она ничего не знала о такой могиле. Да, Хобсоны похоронены на церковном дворе, но последнюю из семьи Хобсонов, Бесси, хоронили лет семь или восемь назад. А в последние шесть месяцев здесь никого из них не хоронили. За это время были только одни похороны, но наверняка не из семьи Хобсонов.

– Человек, о котором я говорю, служил у лорда Броклхерста из Герон-Хауса, – объяснил герцог. – Насколько я знаю, его отец здесь был когда-то мясником.

Жена викария кивнула.

– Это, наверное, мистер Морис Хобсон, сэр. Теперь он живет на холме. – Она указала на восток. – Красный кирпичный дом, сэр, с розами перед ним.

– – Очень странно, – сказала Флер, когда они уходили, а жена викария, провожая их, стояла на пороге своего дома и смотрела им вслед. – Молли была уверена, что Хобсон, который в тот вечер был в библиотеке, из Роксфорда. И его отец здесь живет.